Навеки твоя

Ход делу дал политик, опасаясь оказаться раскрытым, но почему сейчас? Помнишь, я говорил про купленную медсестру? Из комы выходят не сразу, а этапами. Человек может овощем быть, а положительная динамика появилась. Родне обычно не сообщают, чтобы зря не обнадеживать. Больной на этом этапе может застрять. Так вот. Когда у Антона появились первые признаки, медсестра сообщила, кому следует.

— Нужно было догадаться, что все из-за Антона, — я со стоном спрятала лицо в ладонях. — Выживший свидетель.

— Да, ласточка. Они заметались. Чтобы координатора не искали, дело отправили на пересмотр, собирались повесить бойню на твоего мужа. За состоянием Антона следили. Ты неплохо в него вложилась: частная больница, охрана, врачи. Крутилась рядом, они решили на тебя наехать, чтобы не мешала, а потом и убрать. Если бы ты не вмешалась, Антона бы шлепнули. Думаю, сначала его держали живым, чтобы допросить. Я прикидывал, зачем…

Андрей сосредоточенно затянулся, словно сигарета помогала ему думать.

— Думаю, их беспокоил Иван. Если смотреть на бойню с точки зрения координатора, это сбежавший свидетель, и он неизвестно где.

Я тяжело вздохнула. Все замкнулось. Все детали, которые подавали надежду, нашли объяснение. Все, чего я добилась — вновь доказала, что мой Эмиль погиб. Наверное, это мой круг ада. И Андрей озвучил еще один сильный довод. Если он жив, почему не дает о себе знать столько времени? Ни намека, ни записки. Он знает, как я его люблю… жду… он бы не дал мне страдать.

— Держись, ласточка, — Андрей сплел со мной пальцы и предложил недокуренную сигарету. — Ты знаешь, что я слышал? Если родные по умершему плачут, душа отлететь не может и на земле мучается. Ты его мучаешь, понимаешь? Отпусти его. Он уже не здесь.

Я затянулась, легкие обожгло кашлем, вышибло слезы из глаз. В горле першило, и я притворилась, что слезы — это от дыма, а не от слов.

— Я понимаю, что ты чувствуешь. Тебе кажется, это конец жизни, но это далеко не так. Время лучшее лекарство.

Время и семья. Я уже поняла по своему опыту. И что дальше? Купить билеты в Лондон, улететь к маме и к сыну? С собой возьму Бориса, остальных отправлю в охрану к Антону. Его нельзя бросать. Попрощаюсь с Андреем. Я немного взбаламутила воду, но все уляжется — он вернётся к своей. Кто-то должен его любить. Эта потребность в каждом из нас заложена.

Но сначала увижусь с Эмилем на эксгумации, чтобы проститься. Опасно, но… Другого шанса не будет. Это наша последняя встреча.

— Я останусь до эксгумации, — сказала я. — Потом уеду.

Глава 17

— Я позабочусь о твоей безопасности.

Андрей осторожно прижал к груди мою руку. Пальцы мы так и не расплели.

— Доверься мне, — он пересел за руль и завел машину.

Я погрузилась в мысли, пока мимо плыл душный центр.