Не чужие

Я сижу в своем кабинете, и в глазах все расплывается от букв. Вот вроде я военный, Родину защищать должен, но, пока все бумажки заполнишь, противник успеет не то что напасть, а даже завоевать страну.

Я устало потираю глаза, время близится к четырем вечера, за окном уже темнеет, когда в кабинет без стука врывается Смоленский.

Я резко вскидываю на него взгляд. Парни рядом со мной недоуменно косятся друг на друга. Не узнать Вячеслава Владимировича невозможно. Тем более что в прошлом году он ребятам из нашего отряда лично вручал награды.

— Оставьте нас, — требовательно заявляет он, при этом смотрит лишь на меня.

Парней словно ветром сдувает. Насколько секунд, и мы остаёмся наедине.

Мне от взгляда Смоленского становится не по себе, но я выдерживаю его, не отворачиваюсь. Он, наверное, узнал, что я снова рядом с его дочерью ошиваюсь, и пришёл выставить мне первое предупреждение. Что ж, ожидаемо.

— Добрый день, Вячеслав Владимирович, — первым нарушаю тишину, складываю документы в аккуратную стопку и отодвигаю на край стола. — Чем обязан вашему визиту? — я стараюсь разговаривать в непринуждённом тоне, ничем не выказывать свое волнение.

Не то чтобы я его боялся, просто похерить вот так, по глупости, все то, над чем столько лет трудился, не хочется. Тем более из-за бабы, с которой нас ничего не связывает.

Смоленский не спеша снимает пальто, вешает на вешалку в углу, окидывает взглядом пространство, потом берет стул, притягивает его к моему столу и садится напротив.

В своём дорогом деловом костюме, с дорогими часами на запястье и в начищенных до блеска ботинках, в нашем кабинете он смотрится абсолютно неуместно. Тишина начинает давить, а я все жду, когда он перейдёт к сути дела. Быстрее начнём — быстрее закончим. Суть разговора и так ясна. Ведь что, кроме Леры, может связывать майора и замминистра обороны?

— До меня дошли слухи, Леонов, что моя дочь к тебе неравнодушна, — лениво выговаривает он каждое слово, закидывает ногу на ногу и не отводит от меня взгляда своих серьезных глаз. Совсем не таких, как у Леры. Она вообще на него не похожа. Ни единой общей черты. Словно между ними нет никаких родственных связей.

— Не волнуйтесь, я дал понять вашей дочери, что она меня не интересует. Никаких проблем не возникнет, — заверяю его, ни на мгновение не теряясь.

Вот и аукнулась мне помощь Лере. Прямо как знал. Хорошо, что между нами ничего не было."

"— Ты не понял меня, майор, — усмехается Смоленский, и глаза хитро поблескивают. — Сегодня же ты пригласишь ее на свидание, будешь самым обходительным парнем в мире. Не обидишь ни взглядом, ни словом, изобразишь интерес и любовь. Она ведь у меня девочка красивая, видная, наверняка же понравилась тебе, раз прибегаешь на ее зов помощи, словно щенок.