(Не)Мой (Не)Моя (СИ)

Последний год жила с матерью четыре дня в неделю, плюс характер не подарок: Николь расставила приоритеты, где мама — это мама, а мачеха — это я.

— Пойдем, умоемся и поедем в одно место, — предложила сыну. — Секретное, — заговорщически приложила палец к губам.

— А папа? — Рома поддержал игру и говорил шепотом. Папа… Я Мирослава не видела со вчерашней ссоры, но знала, что вернулся домой. Отсыпался после бурной ночи…

— Папа спит. Он очень перетрудился вчера, — взяла сына за руку.

Через час мы заходили в мою квартиру на Петровском острове. Большую, просторную, светлую. Я никогда не думала о ней, как об инвестиции, и не сдавала в аренду, но и приезжала нечасто: иногда, когда хотелось тишины и побыть наедине с собой.

В отличие от дома, в который меня, молодую жену, привел Мирослав, обстановку в квартире я выбирала сама, по своему вкусу: мило, тепло, по-женски. Правда, здесь не было обставленной детской: раньше мысли о разводе даже в качестве бреда не посещали, а теперь стали реальностью. За две недели я подготовилась к переезду: полный клининг, забила холодильник продуктами, перевезла книги, учебные пособия, кое-какие игрушки сына, заказала мебель для детской. Осталось собрать чемоданы и уехать из большого дома навсегда.

— Это будет твоя комната, — отвела сына в просторную спальню, куда завтра должны привезти кровать. Осталась только она, в остальном детская готова: здесь и вигвам индейцев, и спортивная установка, стена, на которой можно рисовать, и потолок с проектором.

Я очень надеялась, что Роме понравится, и он не будет сильно скучать по прежней жизни. Он же, по сути, не лишался ее, только немного терял. Мирослав — отец, пусть иногда занятой и не всегда супер внимательный, но своих детей любил: мы установим график встреч и дней отца. Возможно, Рома будет и на ночь оставаться. Посмотрим, здесь много факторов: сомневаюсь, что Лике сильно уж нужен в доме чужой ребенок.

— Тебе нравится? — подтолкнула внутрь, и сын сразу побежал исследовать.

— Нлавится! — залез в вигвам. — Дома моя комната тоже нлавится, — услышала оттуда. Подошла, села на пол по-турецки.

— Сынок, — заглянула внутрь, — теперь мы будем жить здесь, а в свою комнату дома будешь приезжать…

— А папа с Николь тоже будут? — нахмурил темные бровки.

— Нет, — погладила по волосам, таким же, как у Мира. — Они останутся в том доме.

— Почему? — сын не понимал, а я не успела объяснить — телефон начал звонить. Муж. Я поставила на беззвучный, но через час мобильный начал терять зарядку от количества звонков и СМС. Я его вырубила. Геолокация у меня отключена уже как несколько недель (Мирослав ею и так не интересовался — зачем? Со мной же и так все ясно…), поэтому можно спокойно готовить обед. Не хотелось возвращаться в особняк. И мужа видеть не хотелось.