(Не)Мой (Не)Моя (СИ)

— Рома, ручки мой, и будем курочку с макарошками есть, — накрыла на стол. Готовить хитрых блюд, как наша Марта, я не умела, но для нас сыном это и не нужно. Я и без фуа-гра прекрасно проживу, а он вообще макароны с сыром обожал.

Часам к трем я все-таки включила телефон и ошалела от количества пропущенных звонков и сообщений. Мне даже свекровь звонила! А сейчас, ровно в эту секунду, мама.

— Ну слава богу! — услышала родной голос. — Ты где, Яна? Мы тут с ума сходим… Дай мне телефон… — услышала взволнованный голос отца. Господи, неужели всех подняли по тревоге?!

— Мам, все нормально. Пап, все хорошо. Мы с Ромой в порядке, просто…

— Что просто? Мирослав приезжал. Сначала звонил, потом тебя у меня искал. Яна, твой муж, кажется, не в себе…

— Да все нормально. Это он с непривычки.

— В смысле?

— Я решила, что нам действительно лучше… — папа слушал, нужно смягчить: он про наши проблемы не знал. — Разъехаться, — произнесла и… услышала характерный поворот ключа. — Мама, прости, перезвоню."

"Медленно поднялась, пряча дрожащие руки в карманы, вышла в коридор, нервно покусывая щеку. Я забыла, что у Мирослава был ключ.

На пороге стоял Мир: волосы взлохмачены, глаза горели лихорадочной серой дымкой, на черной водолазке следы дождя.

— Почему ты без куртки? — за окном изрядно похолодало, а я слишком привыкла заботиться о муже.

— Яна… — и столько яростного облегчения в одном имени. — Я чуть с ума не сошел…

— Папа! — Рома тоже выскочил в коридор: в одной руке машинка, в другой — куриная ножка. Мир подхватил его и крепко прижал к себе, хаотично целуя.

— Привет, Ромчик. Привет, сынок.

— Пойдем, покажу мою новую комнату, — Рома потянул его вглубь квартиры.

Мирослав на мгновение замер, затем перевел на меня угрюмый взгляд. Я выдержала его: конец настал, причем далеко не сегодня, пора нам обоим это признать и принять.

— Как у вас вкусно пахнет, — Мирослав нарочито потянул носом. — Покормишь, жена? — надавил последним словом.

Я не ответила, но взяла тарелку:

— У нас без изысков, если что. Макароны и курица, устраивает? — у меня не было цели выводить Мирослава на конфликт. Я устала и хотела спокойно уйти. Без скандалов. Хочется есть, пусть ест и будет свободен.

— Мне нравится, если что, — повторил с сарказмом. Злился. С чего бы это?

Мужчины… Как же вы не любите менять привычный мир, правда, длится это, обычно, недолго. Потом еще спасибо скажет, что произнесла вслух то, о чем он мечтал. Облегчила совесть. Ведь всегда можно сказать, что решение расстаться было моим.

— Это наш дом, — рассказывал Рома. — Мама сказала, что мы будем тут жить, а ты, пап, и Ники, не будете, — объяснял с детской непосредственностью. Рома услышал меня, но пока не понял, что это значит для него.