Не отпущу, моя девочка

Понятия не имею, чем закончится эта перепалка, хоть вариантов и немного, но понимаю, что вся эта ситуация в данный момент очень даже на руку моим родителям, ведь мои вопросы папа проигнорировал, так удачно переключив внимание на Арса. Замечательно просто. Не нужно сейчас оправдываться за свое вмешательство в мою работу. Наоборот, можно меня упрекнуть в том, что Арс здесь. Да, мама и папа имеют на это право после всех моих жалоб на Мейхера, я сама виновата, и тем не менее…

— Это моя квартира, и я решаю, кто… — папа осекается. Встречаемся глазами.

— Андрей! — негромко возмущается мама.

Он прав, конечно, формально. Квартиру мне подарили родители, сама я не смогла бы себе купить даже самую крохотную недвижимость. Но все равно немного задевает. Раньше меня никогда и ничем не попрекали.

— Я бы с удовольствием пожал руку человеку, который его разукрасил, — продолжает папа. — Явно за дело.

Слышу в голосе отца издевку с прямым намеком на провокацию и устало прикрываю глаза, сжимая переносицу пальцами. Арс на папин выпад ничего не отвечает, замечаю только, как его улыбка становится шире, когда распахиваю веки.

В моменте радуюсь, что он игнорирует отцовские слова, а потом расстраиваюсь, потому что родители практически синхронно поднимаются из-за стола. Папа поправляет пиджак, а мама тем временем одаривает меня немного испуганным, но в то же время виноватым взглядом. Наверное, я на нее каким-то таким же смотрю.

— Я позвоню, моя Фиалочка, — бросает напоследок мама, торопливо надевая туфли.

Отец в этот момент уже вышел на лестничную клетку, ни разу на меня не взглянув и не попрощавшись. Обиделся. Имеет право, конечно, я это понимаю, но принимать не хочу. Мерзко от самой себя и ситуации в целом.

Мое настроение на нуле. Чувство вины давит на грудь, будто я лежу под бетонной плитой.

Стыдно перед папой. Я жаловалась на Арса, а теперь вот он у меня дома… Но, с другой стороны, папа тоже не прав. Так нельзя. Ни с моей работой, ни вот эти замечания про квартиру его не красят. Понимаю, что он переживает, но это не дает ему права так себя вести. Просто не дает права!

— Хорошо, — бормочу маме на ухо, касаясь ее щеки губами. — А папа?

— Отойдет. Все нормально будет. Закрой за мной дверь.

— Пока. — Щелкаю замком, до сих пор не веря, что все это по-настоящему произошло. — Что за истории двадцатилетней давности? — спрашиваю у Арса, прижимаясь щекой к закрытой входной двери.

Мейхер стоит в шаге от меня.

— Понятия не имею, — жмет плечами, подпирая стену плечом. — Я блефовал. Ну явно же что-то было, — улыбается. — Мы все косячим.

Киваю несколько раз, обхватывая себя ладонями.