Нечестивцы

Только идиот бы не понял, что сейчас моя женщина ожила, она настолько истосковалась по детям, что старается всеми возможными способами насытиться общением с ними. А потом она засмеялась. Так просто. Искренне. Убегая от Яшки. И этот смех отозвался такой волной боли внутри меня, что я в бессилии присел на корточки. Оказывается, я уже забыл, каким бывает ее смех.

И наконец-то это ощущение пристального взгляда на себе. Он словно прожигал меня насквозь. Повернул голову и наткнулся на голубые глаза, внимательно исследующие мой профиль. Дарина тут же отвернулась.

А меня прошибло током. В двести двадцать, как всегда, от её взгляда.

Я пошёл к ней, издали любуясь тем, как блестят её волосы и хлопья снега, кружась, искрятся на них.

— Ну что, Дарина, я думаю, настало время нам поговорить?

Она слегка нахмурилась и вздохнула.

— О чем? Разве есть, о чем?

Прищурился в ответ на этот вопрос. До боли захотелось схватить ее за плечи и сильно встряхнуть, чтобы стереть с лица это равнодушие.

— А ты считаешь, не о чем, Дарина? Я искренне думал, что у тебя накопились ко мне вопросы…Как и у меня к тебе.

— У меня нет к тебе ни одного вопроса, Максим. Все ответы на свои вопросы я давно получила и, увы, не от тебя.

Стиснул зубы. Так, детка, правильное направление выбрала. Бей по больному. Я усмехнулся и провел рукой по влажным волосам.

— Зато у меня есть к тебе вопросы. И ответы на них я хочу получить, — наклонился к ней, вдыхая ее запах, — сейчас, Дарина.

Она сделала шаг назад, увеличивая дистанцию между нами. Бросила взгляд на резвящихся детей.

— Спрашивай, мне, как и всегда, нечего скрывать от тебя.

Я отвечу на любой твой вопрос.

Поднес руку к ее лицу и убрал со щеки волосы. Она вздрогнула и неосознанно сделала шаг назад. Так, будто ей было противно моё касание! Проклятье! Даже так, Даша? Тебе настолько омерзительны мои прикосновения? Или ты, наоборот, боишься не удержаться и прижаться к моей ладони щекой? Я опустил руку и сжал в кулак. То, о чем я собирался спросить, ранило до сих пор.

— Тогда скажи, милая, какого дьявола ты убежала от меня с охранником?

Она прищурилась, глаза сверкнули яростью:

— А разве я могла просто уйти? Я могла позвонить тебе, как нормальному мужу и сказать — я ухожу от тебя, рассчитывая на адекватную реакцию? Я сбежала не с ним, я сбежала от тебя.

На его месте мог быть кто угодно, любой, готовый мне помочь просто выбраться из того проклятого дома, в котором ты меня запер.

Я подошёл к ней вплотную. Настолько близко, что нас разделяла только одежда. Схватил ее за подбородок, поднимая лицо и, в то же время, не давая возможности отодвинуться от себя.