Нелюбимая

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты ведь на меня злишься, правда? — мне было необходимо переключить внимание Андрея. — Я здесь. Хочешь, останусь, только отпусти их.

Андрей метнул озлобленный взгляд в сторону медсестры. Бедная девушка находилась на грани, чтобы потерять сознание. Поразительно, как она вообще еще держалась, ее выдержке можно было смело позавидовать.

Брат подошел к медсестре и коснулся одной рукой моей дочери. Я дёрнулся, но Андрей пальнул, и пуля пролетала в нескольких сантиметрах от меня. Сомнений в том, что Алексей позаботится об приезде полиции у меня даже не возникло, но до этого момента я должен сделать хоть что-то. Сил оставаться в стороне и просто бездействовать попросту нет.

— Ладно, пусть идут, — Андрей вдруг так сильно подобрел, что мороз заколол в позвоночнике. — Идите, — брат толкнул девушку в плечо. Она посмотрела на меня заплаканными глазами, я лишь одобрительно кивнул.

Медсестра прижала к себе ребенка, будто бы он был ее родным, встала и, пошатываясь, прошла к выходу.

— А ты останешься, — Андрей направился ко мне и сдавленно засмеялся.

Я не шевелился, чтобы лишний раз не нервировать брата. Мне стало понятно, что это странное ненормальное состояние на него находит, будто наплывами.

— Что с тобой случилось? Не хочешь об этом поговорить?

— Банкрот я! Понятно?! Нищий! — от внезапного крика я непроизвольно дёрнулся, а вслед за мной дёрнулось и дуло пистолета, словно оно невидимыми нитями было крепко привязано ко мне. — Ноль! У меня везде ноль! А ты! — Андрей вплотную подошел ко мне, кончики наших носов практически соприкоснулись. Я почувствовал неприятный запах перегара и немытого тела. — А ты смеешься надо мной! Да? Весело тебе? Радуешься? Это пока! Пока тебе смешно!

— Ничего подобного, — я был удивлен тому, насколько мой голос звучал ровно. Это шло в полный противовес с той бурей эмоций, что зрела у меня в груди.

— Врёшь! Я тебя насквозь вижу! Это ты всё подстроил так, чтобы я остался ни с чем, — Андрей отступил на шаг назад и тряхнул головой несколько раз. Грязные волосы спали ему на лоб. — Ты всегда завидовал мне!

— Я тебе помочь хочу. Ты сейчас не в себе.

— Всё я в себе, малой! — Андрей хохотнул, затем умолк, а потом закашлялся.

— Просто отдай мне пистолет, а после мы можем спокойно поговорить и обсудить как тебе помочь.

— Нет, — теперь дуло было направленно точно в центр моего лба. — Ты не заслуживаешь всего того, что у тебя есть. Это должно быть только моим. Поэтому будет справедливо, если я отниму у тебя то, что ты отнял у меня.

— Андрей, у тебя никто ничего не отнимал. Ты ведь сам отец и я твоих детей не воровал, никогда не желал им зла.