Несознательный

Ее муж тоже мне как отец, переехали в Иркутск из Перми два года назад, для работы на моторостроительном заводе.

— И что? Ты действительно что-то можешь, или так, для красного словца? — Продолжает хмуриться Катерина.

— Что-то могу, — отвечаю ей, — но сначала ты должна зарекомендовать себя. Показать что ты умеешь. А для этого завтра нужно появиться в ОНУ моторостроительного и там напишешь пару портретов и плакат. Придешь?

Она даже секунды не думала, быстро кивает, боится, что я передумаю:

— Приду.

— Вот и замечательно. Только документы не забудь.

Прямо с утра я заскочил в ОНУ и договорился там, что к ним придет наниматься на работу художник.

Я знал, что художники заводу требовались, вакансия была открыта постоянно, но требовались действительно художники, а не Остапы Бендеры, коих в СССР хватало. Потом заскочил в наше КБ и прихватил оттуда коробку заточенных карандашей Koh-i-Noor Hardtmuth, жуткий дефицит в СССР, обрезки ватмана и набор акварели с кисточками.

Ждать девушку долго не пришлось, когда я после метаний пришел в Отдел Найма и Увольнения, она уже ждала моего появления.

— Заходи, — открыл я ей дверь кабинета, и представляю ее хозяину этого помещения, — Вот Яков Эдуардович тот художник, о котором я говорил.

— Художник? — Кадровик смотрит на Катерину с подозрением, — что-то она молодо выглядит для художника.

— Так нам старики тоже без надобности, — пожимаю плечами, — я вот реквизит принес, прямо сейчас и проверим какой она художник. Согласны?

— Дерзай, — кивает он на свободный соседний стол.

Помогаю Кате снять верхнюю одежду и передаю ей «инструменты».

— Сначала портрет Якова Эдуардовича. — Обозначаю первое задание.

Девушка долго рассматривает карандаши, потом кивает и берется за работу.

По тому, как она держит карандаш, я понимаю, что она действительно умеет творить.

— Однако, — через десяток минут изумляется кадровик, рассматривая свой портрет, — действительно художник.

— Теперь меня, — сажусь я напротив Катерины, — хочу потом всем хвастаться, что знаком со знаменитой художницей.

И эта работа была выполнена на отлично.

— Ой, хорошо, — вглядываюсь в свой портрет, — но есть один серьезный недостаток, Катерина Васильевна, такой недостаток, что без его исправления, принять вас на работу мы не сможем.

У кадровика при этих словах чуть глаза из орбит не вывались, наверняка подумал, что чудит молодой человек.

— Где подпись художника? — Делаю хмурый вид. — А на будущее прошу запомнить, подпись художника не ставится только на официальных документах.

— Ах, это, — облегченно вздыхает Яков Эдуардович, и подает девушке бланк заявления, — без плаката обойдемся.

* * *Всю зиму завод наращивал выпуск двигателей и наконец, в апреле мы сумели запустить конвейерную сборку.