О бывшем наемнике и взрослой женщине

Пожалуйста, кто-нибудь…

Они поднимались на крыльцо ко мне, ухмыляясь, окружив меня. И бежать было некуда.

Рядом, в дверь ударил камень, кто-то кинул в меня. Потом еще.

— Убить ее! — услышала я. — Надо убить их всех!

— Пусть сначала заплатит! — крикнул тощий, с разбитым носом. — За все!

Только не так…

Он потянул руки ко мне, схватил за плечи…

— Стоять!

Вдруг уши заложило от грохота выстрела.

Мужик обернулся, замер на мгновение, и чьи-то руки тут же отшвырнули его в сторону, и прикладом в зубы... Солдаты? В армейской форме… меня спасут?

— Назад! Расходитесь! Никаких беспорядков в городе! — рявкнул человек, вставший передо мной. Для убедительности он держал у плеча взведенный карабин. — Все назад!

Широкая спина, высоченный, черные волосы…

Мне показалось, я схожу с ума. Это не может быть он.

В солдатской форме. Один.

— Стукни еще в дверь, — бросил через плечо.

У меня чуть ноги не подогнулись.

Словно во сне все это.

Я повернулась, постучала.

— Сильнее, Джу!

— Там никого нет…

— Есть. Твой ублюдок смотрит в окно.

И, не желая тянуть время, Итан, правой рукой держа карабин, левой — сам саданул в дверь со всей силы.

— Именем императора! — во все горло потребовал он. — Откройте!

— Да кто ты такой?! — раздалось из толпы.

— Да он один, парни! — крикнули с другой стороны. — Он один! Это, должно быть, его девка! Бейте его!

Толпа колыхнулась, но пока осталась на месте. Одно дело — гнаться за шуджаркой, другое — напасть на императорского солдата и ютолийца, за это можно и в тюрьму.

— Все назад! — крикнул Итан.

Тихо за дверью.

— Он не будет стрелять в нас! — крикнули из толпы. — Его самого за этого повесят!

Я не успела испугаться и подумать, что сейчас они осмелеют и пойдут на нас, как Итан, не раздумывая, выстрелил снова, прямо кричавшему в голову. Толпа шарахнулась назад. У меня заложило уши… до звона. И сквозь звон в ушах, я слышала, как Итан снова кричит:

— Сатоцци! Открывай! Или я ломаю дверь!

И в подтверждение, со всей силы, ударил плечом, так, что затряслись стены.

— Открывай, ублюдок, мать твою!

В нас полетели камни. Итан не обращал внимания, хотя я чувствовала, как в него попало, он вздрогнул, но не отступил, только изо всех сил пытался прикрыть меня, и одновременно методично выламывал дверь.

Где-то с третьего удара дверь распахнулась, Итан подхватил меня, втащил внутрь и сам задвинул засов. В дом они не полезут, это слишком. Я слышала стук камней, ударивших в стену… один, два, и пока стихло.

Открывала напуганная горничная.

Альдаро стоял дальше, в глубине комнаты, белый, как полотно.

Итан закинул карабин на плечо, несколько широких, быстрых шагов, и он уже рядом, схватил Альдаро за грудки, тряхнул, поднял и рывком впечатал в стену.

— Какого хера, твою мать, ты стоял и смотрел!

— Что? Ты сдурел? — сдавленно охнул Альдаро.