О чем он молчит

До следующего заседания с Николаенко, развернувшим очень даже мешающую им с Ларой полосу препятствий и палок в колеса, оставалась пара суток, и этим вечером предстояло сосредоточиться на подготовке к процессу: даже ничтожные заминки сейчас были недопустимы.

Денис пошел к выходу, по пути размышляя о том, что еще предстояло сделать, и старался не обращать внимание на почти привычное, но все столь же неудобное внутреннее беспокойство. Его уже не первую неделю не отпускало ощущение угрозы, но понять, в чем причина подобного волнения, он не мог.

Едва ли Николаенко сделает что-то, к чему они еще не готовы. За безопасность Лары Денис теперь переживал чуть меньше: кто бы мог подумать, что ее каждый вечер на выходе из бизнес-центра будет караулить младший Аверинцев? Денис усмехнулся. Он и думать забыл, что Дмитрий тоже работает в их фирме. Как и вправду тесен мир.

Коридор заканчивающего свою работу на сегодня суда был полупуст и мрачен из-за непогоды за окном. Иногда из кабинетов выходили сотрудники и замыкали за собой двери, пока в других помещениях еще шли заседания и гудели голоса. Денис уже собирался поворачивать к лестницам, когда заметил слева от себя знакомое лицо и остановился на полушаге.

С того самого летнего дня, когда он, вцепившись в руль, смотрел, как Катя перебегает дорогу перед судом, было понятно, что встреча неизбежна: в здании суда ли, в магазине, на улице — они столкнутся. В пределах Москвы, когда между ними нет больше расстояния в 712 км, им невозможно не пересечься.

Денис гнал от себя любые мысли о гипотетическом развитии событий, запрещал себе гадать, что скажет Катя и что скажет он, если рядом с ними впервые за пять лет другие люди не встанут стеной, помогающей избежать любого взаимодействия друг с другом. Глупо и ни к чему представлять то, что больше не имеет значения.

Почувствовав прервавшееся движение перед собой, Катя подняла голову от лежавших перед ней на коленях бумаг и посмотрела вверх. Денис мог только встретить ее удивленно распахнувшиеся от неожиданности ярко-голубые глаза своими. Первые мгновения выражение ее лица было таким искренним и открытым, что на секунду он забыл, как давно ему не выпадала честь видеть настоящую Катю. Без брони для внешнего мира, без заслона из равнодушия, предназначавшегося уже специально для него.

Ожидаемо, вдох спустя она пришла в себя и больше не производила впечатление застигнутой врасплох невинной девы. Закрыв одним быстрым движением папку, она одновременно с тем, наконец, заговорила:

— Денис? — Вопреки ее внешней собранности вопрос выдавал растерянность.

— Катя, — ответил он хрипло, скорее озвучивая для себя самого факт ее присутствия, чем обращаясь к ней непосредственно.