Пленница Хургады, или Как я потеряла голову от египетского мачо

— Ты себя в зеркале видела?

— Видела.

— Страшное зрелище! Вообще за такие побои надо пообрывать руки тому, кто это сделал. Дай я тебе хоть раны слегка смажу.

Клава смазала мои раны, не забывая при этом меня жалеть и посылать проклятия в адрес Валида, я тут же оделась, выпила купленное Клавдией обезболивающее и распустила волосы для того, чтобы ими прикрыть мое распухшее лицо.

Вместе с Клавой мы спустились по лестнице, ведущей во двор и прямо у подъезда наткнулись на грузовик, принадлежащий Ахмеду.

— Это и есть его грузовик, — обрадованно сказала я Клаве.

— Не знаю, на кой черт он тебе сдался, но я бы на твоем месте в эту злосчастную квартиру больше не возвращалась.

— Почему?

— Потому, что дергать тебе нужно из страны, и как можно быстрее. Паспорт у тебя есть, ищи деньги и срочно езжай в Россию‑матушку. Проси у нее защиты. Она, конечно, в последнее время не очень похожа на матушку, скорее — на мачеху, но я уверена, что она тебе поможет.

— А как же Ахмед? — растерялась я окончательно."

"— А Ахмеду уже ничего не поможет. С ним все и так ясно, а вот тебе спасаться надо. Я не представляю, как ты будешь этот труп тащить в грузовик. Ведь на тебя же все местные жители сбегутся поглазеть. Вся улица. И минуты не пройдет, как приедет полиция, тебя сразу упекут в тюрьму. Даже не тебя упекут, а ты сама по собственной глупости туда отправишься. Пока в квартиру не вернулся твой муж, у тебя есть время сбежать из страны.

— Но ведь если мне даже удастся сбежать из страны, меня все равно обвинят в убийстве, а если я избавлюсь от трупа, то никто не узнает, что Ахмед мертв и что его я прикончила. Все будут считать его пропавшим без вести.

— Я тебя еще раз спрашиваю: как ты собралась труп в грузовик тащить?! Это нереально. Беги от греха подальше, и все. Жалко, что мой Хасан от меня прячется.

— А при чем тут твой Хасан?

— Я бы его за штанину на сувенирной лавке подвесила, но добыла бы у него деньги тебе на билет. Думаю, у него выручка неплохая, да и заначка в чулке на черный день имеется, а ты бы потом нам этот долг в Сибирь выслала. Даже если бы не выслала, то мы бы тебе его простили.

— Клава, ты слишком хорошо думаешь о своем Хасане. Такие, как он, ничего не дают — они только брать умеют.

— А я же не говорю тебе, что я по‑мирному деньги хотела у него попросить, — моментально возразила мне Клава. — Я же его за штаны хотела подвесить.

— Клава, а если я дам тебе пятьсот долларов, то ты мне поможешь? — Я постаралась использовать последний шанс и посмотрела на Клаву глазами, полными надежды.

— Я даже за пару тысяч долларов труп в грузовик не потащу, — резко ответила Клава, но тут же одумалась и недоверчиво спросила: — У тебя денег нет ни цента, о каких пятистах долларах ты говоришь?

— Я просто назвала тебе свою цену.