Пленница Хургады, или Как я потеряла голову от египетского мачо

Ты же можешь окупить свою поездку и привезти деньги домой.

— Да у тебя денег нет, — по‑прежнему не верила мне Клава.

— А если есть?

— Тогда тебе нужно срочно из страны дергать.

— Я хотела бы избавиться от трупа, мне тюрьма не нужна. Я еще молодая, еще смогу исправить свои ошибки и начать новую жизнь. Не будет трупа — не будет и преступления, тогда я могу со спокойной совестью вернуться на родину. Получится, что Ахмед пропал без вести и я не имею к этому малейшего отношения. Даже если мне удастся избежать проблем в Египте, то мне не хочется, чтобы они настигли меня на родине. Так ты поможешь мне или нет? — Я помолчала и тут же добавила: — За пятьсот долларов.

— Пятьсот долларов бы были для меня, конечно, не лишними. Я бы и в самом деле свою поездку окупила. Тем более у меня трое детей…

Почувствовав, что Клава уже практически готова мне помочь, я ощутила, как меня бросило в жар:

— Деньги ты получишь завтра, в три часа дня.

— Ты же сказала, что тебе привезут пятьсот долларов?

— Да. Именно на эту сумму мы с тобой и договорились.

— А на что ты тогда полетишь в свою Москву?

— Мне привезут тысячу. Из этой тысячи пятьсот долларов твои, а пятьсот — мои.

— А ты уверена, что тебя не подведут с деньгами?

— Уверена.

— Тогда по рукам! Что же не помочь хорошему человеку? Я хорошему человеку помочь всегда рада!

ГЛАВА 26

Единственное, за что я очень сильно переживала, так это за то, чтобы раньше времени не появился Валид, потому что я прекрасно понимала: если в квартиру вернется мой муж, то моим планам просто не суждено будет сбыться. Перетащив труп Ахмеда в старенький шкаф, мы сидели с Клавой на кухне, пили холодный красный чай и ждали, когда стемнеет. Клава задумчиво смотрела на Хургаду из окон моей квартиры и не могла не возмущаться по поводу того, что этот город не предназначен для жизни нормального европейского человека, привыкшего к цивилизации и к хоть какому‑то маломальскому комфорту.

— Я не представляю, как из Москвы можно переехать на постоянное местожительство в Хураду, — никак не могла успокоиться она. — Хотя, если честно, я Москву не люблю. Какая‑то она шумная, неприветливая, злющая. То ли дело — у нас в Сибири. Будет желание — приезжай в гости. У нас такая красота, словами не расскажешь!

— Спасибо, конечно, за приглашение, но я еще не знаю, как дальше сложится моя судьба, а ты меня уже в гости зовешь. Теперь, после всего того, что со мной произошло, я и сама не понимаю, как я могла решиться переехать на постоянное место жительства из Москвы в Хургаду. Знаешь ведь, как любовь туманит голову.

— Неужели ты так сильно влюбилась?

— Сильно.

— Что за перец тебе такой необыкновенный попался, что от него ты так голову потеряла? Ты от русских мужиков хоть раз голову теряла?

— Нет, — покачала я головой.