Охота на охотника

Выбросите все из головы и отдохните напоследок.

— Этим я и займусь, — пообещал Сандерс и пошел искать Флоранс…

Ее губы были холодные от шампанского. Он ощутил, как они, едва касаясь, поднимаются по внутренней стороне бедра, и понял, что еще кое-что может. Сандерс приподнялся на локтях. Лицо Флоранс в полутьме показалось ему прекрасным. Она улыбнулась, глядя на него снизу вверх, склонила голову, и он откинулся на спину, снова погружаясь в пучину наслаждения.

Да, как партнерша она даже могла дать небольшую фору и Вере, и Карен. Те, хоть и знали толк в подобных развлечениях, но все же были любительницами.

А Флоранс — настоящая профессионалка, причем изголодавшаяся по мужчине. Если судить по ее темпераменту, то Ян Уолш перестал прикасаться к ней никак не меньше полугода назад, а то и больше.

Сандерс всегда знал, что как любовник он выше всяких похвал — еще ни одна дама не рассталась с ним обиженной, но сегодня он почувствовал себя колледж-боем, впервые забредшим в публичный дом. Несколько раз ему казалось, что силы на исходе, но нежность и умелые действия Флоранс, а также допинг в виде шампанского, возвращал Сандерса к жизни.

Он застонал от наслаждения, присел и перевернул Флоранс на живот — он не любил, когда что-то от него не зависело, даже приход оргазма…"

"Спустя несколько минут они лежали рядом, усталые и опустошенные. «Все, на этот раз все», — в который раз решил Сандерс. Он хватал ртом воздух, чувствуя, как по груди стекает пот. Его выжали, как лимон, вывернули, как тряпку и делай теперь с ним что хочешь — пока он не выспится, ни к чему это не приведет. К тому же шампанское и принятый на приеме виски, хоть и выходили с потом, все же здорово туманили голову и били по ногам — он чувствовал, что не то, что идти, а даже просто стоять на своих двоих не в состоянии.

Флоранс пошевелилась и встала с постели. Сандерс повернул голову и проводил ее взглядом. Обычно после близости ему надо было некоторое время, чтобы вновь возбудиться при виде партнерши, однако теперь, несмотря на наступившую апатию, ему было приятно смотреть на нее. Может, она напоила его каким-нибудь афродизиаком? Сам он никогда не пользовался подобными вещами. Он прикрыл глаза, расслабился и очнулся, ощутив, как его приподнимают на постели.

Флоранс подложила ему под спину подушку. Горящие свечи окружали ее растрепанную, но милую головку ореолом.

— Профессор, вы, кажется, собрались вздремнуть?

— Пять минут, не больше, — выдавил Сандерс.

— Не пойдет! — Она протянула ему тонкий бокал на треть наполненный жидкостью, цвета крепкого чая. На краешке бокала висел ломтик лимона. — Если ты откажешься от этого, я тебя возненавижу.

Сандерс поднес бокал к лицу, вдохнул. «Боже мой, — подумал он, — это же “Henessey”.