Плохие девочки не плачут. Книга 3

Гулкая пульсация свинца в напрягшихся висках обдает голову обжигающей волной боли, вынуждая застонать.

Почему сразу не дошло?!"

"Фон Вейганд ничего не делает просто так, по мановению души. Любой поступок четко просчитан, вписывается в общую картину, не выбивается из канвы повествования.

Истосковался и позвонил? Явно не про него. Слишком рискованно. Вдруг я сорвусь, вдруг он сорвется. Пошлем планы подальше, забьем на фальшивую свадьбу.

Шутил, забавлялся, колыбельную пел. Откуда веселье?

Либо ему чересчур хорошо, что в сложившейся ситуации едва ли поддается логическому объяснению.

Либо же настолько плохо, что легче прикрыть боль смехом. Моей маской. Маской клоуна.

И плохо не от разлуки.

От чего-то другого.

По-настоящему страшного, необратимого и непоправимого.

От чего?..

Глава 12.2

После изматывающего трудового дня наша бригада вольготно располагается в лобби гостиницы, ловит халявный Wi Fi и наслаждается прелестями жизни.

Ну, почти.

Дорик копается в мобильном, довольно ухмыляется, очевидно, строчит похабные смс-ки любовницам. И это при наличии обаятельной и привлекательной невесты. Вот зараза.

Маша рвет и мечет, сурово отчитывает меня за хроническое лодырничество:

— Опоздала на важную встречу. Чуть не уснула за столом переговоров. Какое впечатление сложится у партнеров?

И неприглядный внешний вид:

— Посмотри на себя в зеркало. Круги под глазами, бледная физиономия. Ходячий ужас.

Да, я ужас, летящий на крыльях ночи. Я Черный Плащ. Я десница судьбы. Все негодяи готовьте гробы.

Сама пошутила, сама посмеялась. Круто же.

А если серьезно, то stressed, depressed but always well-dressed. В стрессе, в депрессии, но всегда при полном параде.

— Ау! — сердито восклицает моя боевая подруга. — Земля вызывает Лору.

— Приём, — охотно откликаюсь и, отхлебнув минералки, хмуро бросаю: — Не надо кричать.

— Мешаю похмелью? — вопрошает яростным тоном, медлит недолго, разражается гневной тирадой: — Ты ничего не делаешь. Бездельничаешь, когда важна каждая минута. Тянешь всю компанию на дно. Тебе лишь бы бухать, сутки напролет болтать с этой дебилкой Даной и прохлаждаться в тени. Палец о палец не ударишь.

— Тише, — невольно жмурюсь. — Я просто не выспалась.

— Не выспалась?! — взвивается Маша. — Издеваешься?

Демонстративно скрещиваю указующие персты:

— Нравится? — теперь реально включаю стёб. — Могу и ударить, и переплести, и…

— Пошла ты! — срывается.

— Только после вас, — этикет превыше всего.

— И пойду, и даже не оглянусь, и оставлю тебя разгребать дерьмо, — угрожает.

— Иди, скатертью дорога, никто не держит, — проявляю завидный пофигизм.

— Жди денег дальше, — не унимается. — Вдруг с неба упадут.