Плохие девочки не плачут. Книга 3

Замираю.

Дергаюсь. Пробую вырваться. Отчаянно мотаю головой.

А он сдавливает язык сильнее, тянет и снова плюет.

— Это просто слюна, — ухмыляется. — Пока что.

Сглатываю.

Рефлекторно.

Слезы струятся по щекам.

— Мы обойдемся элементарными командами, — обещает с обманчивой мягкостью. — Даже ты поймешь. Лизать. Сосать. Глотать.

Фон Вейганд отпускает меня лишь для того, чтобы избавить от нижнего белья. Рвет кружево на части, отбрасывает подальше. Однако верх пижамы не срывает.

— Хочешь превратить в животное? — вытираю рот тыльной стороной ладони. — Поступишь как лорд Мортон с Дианой?

— Нет, — губы кривятся в улыбке, а глаза ледяные.

— Он жаждал ответа. В нем жила любовь, пусть и на грани ненависти. Страсть. Безумие. Бешенство.

— А в тебе?

— А во мне ничего.

— Так не бывает.

Он делает шаг вперед, вынуждая меня вжаться в стену. Его пальцы накрывают лоно, не встречая ни малейшего сопротивления. Не ласкают. Сжимают, сдавливают. Кусок мяса хватают нежнее.

— Алекс, пожалуйста.

— Ты такая мокрая, — протягивает издевательски. — Жаль не в том отверстии, которое я буду трахать.

— Алекс! — всхлипываю.

Поднимаюсь на носочки, стараюсь ускользнуть.

Пробую оттолкнуть его руку, отстранить, отвести в сторону.

— Его больше нет, — роняет небрежно.

— Кого?

— Твоего Алекса."

"Сминает мою плоть. До боли. Толкает вперед. Вбивает в стену. Толкается внутрь. Вводит сразу несколько пальцев. Таранит безжалостно.

Я кричу. Царапаю его ногтями.

Только все зря.

— Еще одно движение — засажу руку по локоть, — заявляет ровно.

Застываю.

Меня знобит.

— Ты кончишь на счет «раз».

— Я не…

— Раз.

Темнеет в глазах.

Низ живота сводит тягучая судорога.

Я умираю.

Обмякаю.

Точно тряпичная кукла.

— Ты что-то сделал со мной, — бормочу едва различимо. — Ты что-то нажал.

— Нет, — бросает с насмешкой. — Просто ты моя шлюха и течешь от каждого моего движения.

Отстраняется.

Отходит.

— Встань на колени.

Подчиняюсь.

Опускаюсь.

Это легко.

Колени не держат.

Гордость тоже.

— Не здесь.

Фон Вейганд смеется. Его хохот будто раскаты грома. Содрогаюсь. Снова и снова. От этого жуткого звука стынет кровь.

— На край кровати, — уточняет приказ.

Облизываю пересохшие губы.

Слишком далеко.

Мне туда не дойти.

Подаюсь вперед. Наклоняюсь. Выгибаю спину.

Опираюсь на ладони. Ползу медленно. Неспешно. Продвигаюсь, покачивая бедрами.

Я провоцирую дикого зверя. Наверное, я просто чокнутая.

Рык вырывается из груди. Не из моей. Но и не из чужой.

Покорно принимаю нужную позу.

— Прогнись, — говорит фон Вейганд. — Раздвинь ягодицы.

Утыкаюсь лбом в постель.

Странно, что кровать не дымится. Моя температура давно превысила все допустимые градусы.

— Возьми меня, — говорю я.

— Больше чувства.

— Трахни, — в голосе прорезается непривычная хрипотца. — Трахни меня. Жестко.