Плохие девочки не плачут. Книга 3

— О чем ты? — от недоброго предчувствия стынут внутренности.

— Сама взгляни.

— Я не понимаю, — едва ворочаю языком.

— Давай, — кивает в сторону окна. — Смелее.

— Что там? — спрашиваю сдавленно.

— Посмотри.

Соскальзываю с постели.

Леденею.

На негнущихся ногах приближаюсь вплотную к фон Вейганду, замираю рядом, застываю, примерзая к полу. Взираю вперед. Прозрачное стекло мутнеет перед глазами. Пульс бьет по вискам, вынуждает содрогнуться. Мотаю головой, пытаюсь прогнать наваждение.

— Ну как? — насмешливо осведомляется мой палач. — Счастлива?

— Т-ты, — запинаюсь.

— Ты солгал.

— Когда?

— Ночью, — моргаю часто-часто, стараюсь сдержать слезы.

По узкой тропе идет мужчина. Медленно, еле продвигается, опираясь на костыли. Он сгорблен, изранен, измучен. Но жив. Одна нога в гипсе. Одна рука перевязана. Но это детали. Главное — жив.

Зажимаю рот ладонью, стараюсь не закричать.

Внутри разжимается тугая пружина. Пистолет разряжен. Теперь можно спокойно выдохнуть.

Это Стас.

Ошибка исключена.

Вдруг картина меняется. Подъезжает автомобиль, тормозит, останавливается совсем близко. Открывается дверца, из салона выскакивает темноволосая девушка.

Худая, высокая. Она моментально бросается к мужчине, обнимает, целует.

Его сестра.

Сомнений быть не может.

— Зачем? — закашливаюсь от волнения. — Зачем ты солгал?

— Это не Стас, — отвечает ровно. — Это Кевин Ломакс.

— Что? — выдаю пораженно, оборачиваюсь к нему. — Как в «Адвокате Дьявола»?

— Кевин действительно подающий надежды юрист. Сегодня он отправляется в Нью-Йорк, будет строить карьеру в известной фирме, — говорит спокойно.

— И в чем суть? — спрашиваю нервно. — Чего добиваешься?"

"— Убиваю его — рыдаешь, — хмыкает.

— Оживляю — тоже недовольна.

— Я просто пытаюсь понять, — начинаю осторожно.

— Не надо, — обрывает. — Тебе не идет мыслительный процесс.

Отступаю на шаг.

Бездумно.

Инстинктивно.

Меня бросает в жар. От одного взгляда. Темного, мрачного, горящего. Пронизывающего, проникающего насквозь. Подчиняющего.

Я чувствую себя абсолютно голой. Даже в просторной пижаме из достаточно плотной ткани.

Поворачиваюсь, будто надеюсь спрятаться, скрыться от пристального внимания. Опять смотрю в окно, изучаю происходящее по ту сторону стекла.

Судорожно выдыхаю.

Стас усаживается в автомобиль вместе со своей сестрой. Пара мгновений — черный джип трогается с места.

Все выглядит мирно.

— Куда они едут? — спрашиваю тихо.

— В аэропорт.

— Так легко отпускаешь?

Мертвая тишина.

Я не слышу даже бой собственного сердца.

Обнимаю себя, скрещиваю руки под грудью. Безотчетно пытаюсь защититься, отгородиться. Наивная.

— Я свое не отпускаю, — произносит фон Вейганд.

Его полные губы складываются в пугающей ухмылке. Клыки обнажены. Зверь готов впиться в мою глотку.