Почувствуй это снова

Я закрываю глаза и качаю головой. Мы справимся.

Всё будет хорошо. Измеряю температурю — тридцать девять.

Боже...

Обязательно справимся.

Глава 40

Матвей

В третий раз один и тот же текст перечитываю, но понимаю лишь то, что придется в четвертый. Бля–я–ять. Завалю эту сессию.

Дело не в том, что туповат, а предметы сложные. Хотя и это тоже, наверное. Мысли в другой стороне. Их много, они потоком смывают с памяти смысл прочитанного, не позволяя тому впитаться. Эти нейронные связи посильнее будут, пока не до создания новых.

Откладываю книгу и с минуту тупо пялюсь в потолок.

Я уже гуглил «грипп во время беременности». Закрыл вкладку. На хер. Выкурил две сигареты. Иногда по лайту проходит, а я иногда – нет. Рулетка. Но у Юли не лайт, это уже ясно–понятно.

Открываю соцсеть — онлайн моя девочка. Половина пятого утра.

В последний раз мы переписывались в два, ей ставили капельницу, и она собиралась поспать.

«Юля, Юленька, Юленыш», – пишу ей.

«Ты почему не спишь?»

Уснешь тут.

«Учу».

Пытаюсь. Пытаюсь не думать о тебе и хоть что–то вызубрить. Могу как стихи, но лучше ведь с пониманием. Понимаю пока лишь то, что с радостью поменялся бы с Юлей местами. Где, блть, этот дьявол, исполняющий желания?

«Ты как?» – отправляю.

«Боюсь спать. Сейчас померила темпу — растет! Разбудила медсестру. Кажется, она меня ненавидит за то, что не даю отдохнуть».

«Врач что сказал?»

«Не допускать выше тридцати возьми с половиной. В меня литрами закачивают парацетамол, Матвей. Антибиотики и что–то еще. Уже все вены дырявые».

«Не думай об этом».

«Это такой ужас... Я всю беременность тряслась, газировку не пила, чтобы дрянь ему не попала. А тут... рекой льется!»

«Не думай об этом. Врачи знают, что делают».

«Я держусь. Не плачу. Но как же фигово! Не помню, когда в последний раз болела».

«Малышка, ты жила с инфицированным. Это другое, нежели пересечься в автобусе».

«Капец! Капец! Капец!! Никогда себе не прощу»."

"«Да ты–то причем, ты же не знала».

«Матвей, это же наш ребеночек. Я его уже люблю. Я очень сильно его люблю! Я сердечко на узи слушала. Я не могу его потерять».

Зажмуриваюсь крепко.

«Всё будет хорошо», – отправляю.

«А если нет?»

«Будет».

«Если нет??»

Какой ответ здесь может быть?! Сам привык. Привык к мысли, что он или она уже есть. Видел на фотографии. Я, блть, видел своего ребенка на фотографии. Там руки–ноги, пальцы, голова. Там человек. Там наш с ней ребенок. Наш с Юлей.

Пишу честно:

«То пздц, Юля. Полный пздц. Жить не охото».

Она молчит пару минут. Потом пишет:

«Пошла на спад. Снова накачивают. Меня так трясет, кажется, кровать прыгает».

«Завтра должно быть лучше. Немного потерпи, Юля, надо».

«Знаю. Перетерпеть не проблема что угодно. Я просто... Матвей, очень боюсь за него».

Сжимаю телефон. Вдох–выдох.

«Я боюсь за вас обоих».

«Я очень сильно его люблю.