Залог на любовь

* * *Как и хотел Мартынов, бывший ухажер Анны Браун, Эдвард Шмидт, благополучно улетел домой. Правда для этого пришлось организовать сопровождение медиков. Слишком сильно переусердствовал Наум, «отбивая» Анну.

Но все это было мелочи в сравнении с тем, какой ад устроила ему Анютка. А ведь Наум рассчитывал, что все у них теперь изменилось, все замечательно, идеально. На работе они вместе, и дома — тоже вместе.

Однако вышло все иначе. Никакого «вместе» не было. Была неприступная Анна Браун, работа, объем которой вдруг увеличился в сотни раз, и была холодная постель в холостяцкой квартире.

Почему? Потому что вдруг случилось так, что корпоративная квартира Анны подверглась ремонту. А, значит, девушка не могла жить там. И по первому же приглашению согласилась на время ремонта пожить у родителей Наума. Более того, Наума в родительский дом практически не пускали, ссылаясь на проблемы в офисе. Словом, Мартынов не мог добраться до Анны в нерабочее время. А идти против воли отца — дело бесперспективное и заведомо проигрышное.

Так прошло две недели. А Наум уже не мог спокойно смотреть на Анну. Особенно, когда девушка работала, глядя в ноутбук через прозрачные стекла очков.

Мартынов заводился от одного только запаха духов Анны, от одного взгляда, брошенного на девушку. Он хотел ее. Хотел заниматься с ней любовью. Хотел целовать каждый сантиметр ее идеального тела. Хотел даже трахнуть ее чертовы очки, настолько они заводили Наума.

И вот, когда терпение окончательно испарилось, Наум бросил все дела, рывком поднялся со своего места и, пока Анютка что-то сосредоточенно печатала, мягко подошел к двери и запер ее на ключ.

От негромкого щелчка Ана вздрогнула и взглянула на шефа поверх очков.

— Если ты приблизишься ко мне ближе, чем на метр, я уволюсь. Это не шутка! — ледяным, до зубного скрежета спокойным тоном произнесла Браун.

— Брось, детка, это не игры, — мягко возразил Наум. — Хочу тебя. С ума сводишь."

"— Рука в помощь, — так же холодно парировала Анна. — Или обратись к своим шлюхам.

— Анют, ты ведь знаешь, нет у меня никаких шлюх. Тебя хочу, — не унимался Наум. Парень уже приблизился к угловому дивану, на котором обычно работала Анна.

Взгляд Наума блуждал по изящным ножкам, затянутым в капрон. И все утро Мартынов мог думать лишь о том, чулки на ней, или колготки. И эта мысль будоражила.

— Послушайте, Наум Витольдович, — вздохнула Анна, закрыла свой ноутбук, сняла очки, положила их в футляр, — тот случай был единичным, ошибочным, сбоем в программе. И он не повториться. Далее: у меня есть любимый мужчина, который ждет меня и хранит мне верность. И я точно не сомневаюсь ни в нем, ни в его чувствах.