Похищенная викингом

Раньше он скучал по сражениям, и только здесь, в тишине, нарушаемой лишь женскими криками наслаждения, обнаружил, что хочет слушать стихи, которые читаются тихо, их сложно услышать в топоте лошадей и людей, идущих в поход.

Воин понимал, что он человек покалеченный, угрюмый и мрачный. Его руки в крови. На его глазах умерли родители, а он ничего не сделал для их спасения и пронес это проклятие через многие годы. И несет до сих пор. Все, что заслужил. Не эту тишину и покой, и уж точно не такую женщину. Это так хорошо, что не может длиться долго — так он думал. Ни это, ни та жизнь, которую он собирался вести за холодным морем. Все это не его. Он человек службы. Службы Рагналлу. Ему всегда казалось, что встреча с королем — удачный поворот судьбы.

Торбранд стал подниматься по склону, последнему по дороге к дому, и старался стряхнуть странное настроение.

Как бы ему ни хотелось растянуть время, ставшее неожиданным подарком судьбы, ему не под силу изменить планы Рагналла относительно Эльфвины. Король высказал свою волю, и Торбранд поклялся все выполнить. Остальное лишь пустые фантазии. Не стоит истязать себя, резать, будто острым ножом, гораздо разумнее принять и не думать.

— Вот и хорошо, что ты не добыл мяса, — встретила его с улыбкой Эльфвина.

В комнате было тепло и приятно пахло свежим хлебом. В стороне сушилась постиранная одежда. Сама она стояла у огня и помешивала в котле нечто, источающее аромат рыбы и специй.

— Я нашла остатки вяленой рыбы, сегодня у нас пир.

Но на уме у Торбранда было совсем другое развлечение.

Он уже не помнил, сколько раз обладал этой женщиной. Он стряхнул с себя снег, повесил вещи у входа, скинул обувь, наблюдая, как она бросает на него хитрые взгляды исподлобья. Он подошел к ней и протянул руки.

Сейчас все не так, как прежде. Совсем не так. Он сам не понимал, в чем причина. Никогда грудь так не щемило при виде женщины.

Эльфвина вытерла руки о фартук, который смастерила из шарфа, который раньше носила на голове, и вложила руку в его ладонь. Он льстил себе или в ее взгляде действительно страсть и желание принадлежать ему?

Он подвел ее к тюфяку в углу и некоторое время молча смотрел на нее сверху вниз. Теперь он знал каждый участочек ее тела. Пробовал на вкус ее губы, смахивал слезы от удовольствия со щек. Знал ее запахи и все звуки, которые она издавала.

Внутренний голос снова и снова шептал: «Ты не хочешь делиться со своим королем». Это тревожило. Все, что у него есть, дал ему Рагналл. И король вправе всем этим распоряжаться. Даже Эльфвиной. Впервые с того дня, когда Торбранд был растерянным пятнадцатилетним юношей, в крови и ссадинах, он не знал, как поступить. Он слишком сильно хотел Эльфвину, чтобы отдать ее по приказу. Он хотел тихой жизни до конца дней, а не на несколько месяцев.