Полет длиною в жизнь

Что бы я ни говорил, всегда существует вероятность того, что я не вернусь, а мне бы не хотелось, чтобы ты чувствовала, будто что-то должна мне… Нет, Кейт, ты ничего мне не должна и ничем мне не обязана. Я хотел бы, чтобы ты чувствовала себя совершенно свободной и поступала так, как будет лучше для тебя. Того, что мы испытывали друг к другу все это время, для меня более чем достаточно, и вито чувство я сохраню, что бы меня ни ожидало."

"Он обнял Кейт за плечи и так крепко прижал к себе, что она услышала, как бьется его сердце. Однако он не сделал попытки поцеловать ее, и Кейт охватило горькое разочарование.

Ей ужасно хотелось, чтобы и Джо сказал ей, как сильно он ее любит, — ведь это была их последняя возможность объясниться, — но Джо молчал, и она молчала тоже.

— Я правда тебя люблю, — сказала наконец Кейт, и ее голос прозвучал ясно и твердо. — И я хочу, чтобы ты знал это. Быть может, где-нибудь в окопах, под обстрелом, ты вспомнишь об этом, и тебе станет легче. По крайней мере, тебе не придется гадать — ты будешь знать наверняка! Джо удивленно приподнял бровь.

— В окопах? Ты все перепутала, Кейт.

В окопах сидит пехота, а я — летчик. Летчики летают высоко в солнечном небе сбивают всех немцев, которые оказываются достаточно глупы, чтобы приблизиться на расстояние выстрела. А по ночам я буду спать в собственной постели в казарме или даже в отеле, как это принято у англичан. Для большинства война — Действительно нелегкая и грязная работа, но не для меня. Летчики-истребители считаются элитой даже в авиации, поэтому все стараются создать для них самые лучшие условия.

Он явно старался успокоить ее, но Кейт подумала, что в этом есть доля истины.

Во всяком случае, само слово «элита» относилось к нему куда в большей степени, чем к кому бы то Ни было.

Между тем времени оставалось все меньше, и наконец настала минута, когда Джо поднялся и сказал, что ему пора. Кларк хотел сам отвезти их в аэропорт, но Джо предпочел такси: ему хотелось побыть наедине с Кейт еще немного.

Несмотря на поздний час, в аэропорту царило самое настоящее столпотворение. Кейт была поражена, увидев одновременно столько мужчин в новенькой, защитного цвета форме.

Многие из них казались совсем мальчишками, и Кейт подумала, что при других, менее трагичных обстоятельствах, матери никогда бы не отпустили их одних так далеко. Ей было совершенно очевидно, что большинство из них еще никогда не покидали отчего дома.

Последние перед расставанием минуты причинили Кейт ужасную боль. Она безуспешно пыталась сдержать слезы, катившиеся из-под ресниц и оставлявшие на щеках мокрые дорожки. Джо выглядел скованным, напряженным, хотя ему и удавалось держать себя в руках.