Приговоренный к изгнанию

Взметнувшись к потолку, они вросли в черный камень так глубоко, что превратились не в статуи, а барельефы. Бруно, стиснув зубы, схватился за предплечье: браслет горгульи больно вонзился ему в тело, словно сущностная вещь, поддавшись инстинкту горгулий, попыталась врасти в его плоть.

— Очумела, что ли?! – прикрикнул он, и браслет послушно разжался. А фея, напротив, принялась ворочаться в ухе, и все пространство перед глазами Бруно превратилось в свечение энергий. И тогда он увидел то, что укрылось от него при обычном зрении — от бесформенного сгустка магии к руке Микаэля тянулась тонкая серебряная нить, похожая на луч света.

Стоило полудемону потянуть за нее, как сгусток болезненно сжался в комок размером с яблоко, перекатился и бросился на Рика, становясь подобием спрута.

– Рик, тварь у демона на поводке! – крикнул Бруно во все горло, с ужасом наблюдая, как сквозь сгусток проходит насквозь и обморожение, и природная клетка.

Рик услышал.

Спрут принялся выбрасывать в противника одно щупальце за другим, и каждое из них тут же раскрывалось чудовищной пастью. В этот раз Рик не стал его атаковать.

Он уклонился от первого выпада, отпрыгнул от второго и едва ушел от третьего прежде, чем смог, наконец, сориентироваться и уйти в тень.

Очутившись с другой стороны от монстра, попытался разглядеть поводок, блеснув красными зрачками, и действительно увидел тончайший волос, связывающий существо с Микаэлем. Тварь вытянулась змеей и снова бросилась вперед. Рик выставил воронку пустоты – и существо отпрянуло, сжалось на полу в кольца, готовясь к новому рывку.

Так значит, оно подчиняется свету и боится пустоты?

Вот только пустота сейчас стала для Рика щитом, а аспект света заблудился где-то глубоко в его душе.

Микаэль тем временем уже впитал энергию второго амулета, залечив себе рану. Полудемон прорычал заклинание – и под куполом вспыхнуло пламя Нижнего мира. Он резко дернул за световую нить, и существо, болезненно сжавшись в комок, метнулось к его ногам, тенью поднялось вверх и, выпустив цепкие черные корни, крепко оплело ими плечи, спину и грудь – и поднялось за головой своего господина гигантским капюшоном, сотканном из сотен живых извивающихся змей. Микаэль с новой силой начал атаковать дальними заклинаниями, руны засветились в воздухе — а змеи, способные вытягиваться на десятки шагов, теперь стали его мечом.

Рик уворачивался, отбивался пустотой, души внутри него тоже ускорились, реагируя на нарастающий темп Микаэля. От огня стало невыносимо жарко, воздуха не хватало для дыхания, глаза защипало от пота.

Значит, свет и пустота?

«Прикройте щитами!» — крикнул своим душам Рик, возвращая пустоте фламберг. Из-за спины он выхватил свой фамильный посох, завернутый в мешковину.