Приговоренный к изгнанию

Кокон начал рассеиваться, а от победителя вверх ударил черно-фиолетовый столп. Рик покачнулся, но устоял. Рванув посохом в сторону, он еще туже затянул петлю – и тварь нехотя сползла с головы Микаэля, превращенной в мягкое кровавое желе. Еще туже, еще...

Созданье съежилось до размеров летучей мыши, распласталось по полу, забило крыльями. Кокон окончательно растаял, и отряд окружил своего командира.

Рука Бруно легла Рику на плечо.

– Слышь, Великий Альтарган...

Рик обернулся – усталый, потный, с измученной улыбкой на лице.

– Сейчас в пятак схлопочешь...

У Бруно отлегло от сердца.

Там, в коконе, Рик действительно в какой-то момент начал казаться ему чужим – настолько пугающе он выглядел. Но это лишь показалось. Рик оставался собой вне зависимости от того, сколько силы в нем было.

– Я чего сказать хотел... – Бруно присел рядом с бьющейся в агонии тенью – и протянул к ней руку. – Жалко мне... Плачет же, как ребенок... Отпусти, а?.. Я с ним полажу, не сомневайся.

– Обалдел? Оно чуть меня не сожрало! – возразил Рик.

Все остальные, не слушая их разговор, спешили прикоснуться к Рику, наперебой говорили ему что-то о битве.

Никому из них сейчас не было дела до побежденного существа на полу – настолько всех потрясло увиденное. Отвечая на рукопожатие Нокса, Рик обернулся на печальное лицо Бруно... и, тихо выругавшись, немного отпустил поводок. Тварь, встрепенувшись, взобралась Бруно на ладонь.

А потом силуэт летучей мыши вдруг сжался в крошечную точку – и, вырвавшись из световой петли, скользнул в рукав Бруно.

– Вот же вошь! – проворчал тот, дернувшись всем телом, как от щекотки – и благодарно улыбнулся Рику. – Ну все, теперь он у меня на груди лечится. Кстати, тебе тоже бы не мешало подлечиться.

Рик отмахнулся.

– Сам укус – ерунда, головы-то маленькие были. А яд уже Рут нейтрализовала. Но что это вообще за созданье такое?..

– Ты щас про тварь, или про Бруно? – ехидно поинтересовался Клыкастый. – Как по мне, так второй вопрос свербит сильнее...

– Существо из Нижнего мира, – перебил его Джабир. – Я удивлен, что Микаэлю удалось научиться его контролировать. Если захочешь – я потом расскажу, как мы нашли их логово...

И только теперь Рик понял, что единственный, кто еще не пожал ему руку и не потрепал по плечу – это Берта.

Она стояла позади всех, бледная и внешне спокойная, только на высоком лбу блестели капельки испарины, словно Берта билась вместе с ним. Рик многозначительно ей кивнул, мол, ты как?.. Она только головой покачала – и, опустив голову, улыбнулась. В этой улыбке одновременно было и облегчение, и радость, и грусть с упреком – все вместе. Одно небольшое движение губ – и лицо Берты преображалось, словно в холодный зимний день врывалась весна. Уж он-то знал, сколько живого огня таится за ее сдержанностью.