Приговоренный к изгнанию

Для магических атак Микаэля Рик оставался закрыт, но две змеиные головы легко прошли сквозь ледяной щит и больно впились Рику в плечо: ядовитая слюна обожгла рану, попала в кровь и принялась растекаться по телу, парализуя правую руку.

И Микаэль победоносно и угрожающе воскликнул:

-- Умри у ног моих!..

Ярость полыхнула из Рика аурой смерти, подавляя желтое пламя – и головы твари испуганно шарахнулись в сторону, выпуская добычу. Рут торопливо создала начертание чистоты над раной, чтобы подавить действие яда.

– Ты кому дерзить осмелился, ублюдок? Забыл, кто перед тобой?!

Мешковина упала с набалдашника посоха, и десятки кристаллов засияли на нем, сливаясь в единое ослепительно-голубое свечение.

Комбинированная атака ударила в сторону Микаэля, превращая остатки желтого огня в яростные синие языки.

Рик и сам не мог точно сказать, что это была за атака и как она получилась – посох словно действовал сам по себе, подчиняясь только его намерению. А намерение у Рика сейчас было лишь одно – сокрушить Микаэля, любой ценой.

Полудемон отпрыгнул в сторону, переходя от атаки в защиту и изо всех сил удерживая силу светового потока, вырвавшегося из посоха, Рик держал щит пустоты, а его души, воспользовавшись моментом, принялись еще быстрей создавать начертания,

И в это мгновение Рик услышал голос еще одной души, вернувшейся к нему, и еще, и еще – и вот уже к прежним атакам добавились огонь, земля и вода.

Пространство под куполом превратилось в настоящий ад. Даже Нокс схватился за голову, силясь хоть что-то разглядеть в этом хаосе.

Микаэль взревел, как дикий зверь. Мышцы на его теле пошли буграми, красноватое тело приобрело карминовый цвет, скулы раздвинулись, зубы превратились в два ряда острых клыков.

Он рычал и выл от боли и злости, призывая трансформацию – такую же, как когда-то смог призвать князь демонов, становясь гигантским крылатым чудовищем. Но завершить ее никак не мог.

Рик, переводя дыхание, смотрел на его потуги с усмешкой.

– Что, Микаэль? Не стать цыпленку стервятником? – проговорил он. – Ты же не Элгор, а маленький тщеславный южанин с надушенным бабьим платком!"

"Он вскинул посох, и тонкий луч аспекта света ударил в змеиный капюшон Микаэля.

Тварь дернулась, натянув поводок – и луч посоха, вспыхнув, поглотил его, обвиваясь петлей вокруг твари.

И Микаэль закричал – но на этот раз от ужаса.

Рик повелевающе натянул новый поводок – и капюшон, трансформировавшись в огромную зубастую пасть, закрыл полудемону лицо. Раздался отчетливый хруст и чавканье. Руки и ноги Микаэля непроизвольно задергались, он упал на пол, силясь стащить с себя вышедшую из-под контроля сущность, пока, наконец, не замер.

Алый круг, ограничивавший судное ристалище, угас.