Ренессанс
Вся жизнь Готье была ложью, с которой он теперь не собирается мириться. Джером больше не согласен оставаться в тени и плыть по течению. И только Скэриэл по-прежнему хладнокровно преследует свои цели, идет по головам, сметая все на своем пути. Чистокровным, полукровкам и низшим стало слишком тесно в Октавии. Грядут большие перемены. Грядет Ренессанс.Сословное общество с четким разделением на три касты, где у низших нет никаких прав, – глазами юного члена привилегированного сословия. Роман полон культурных отсылок.Двухуровневое повествование, ведущееся от лица двух героев, ни один из которых не знает всей правды о таинственном и обаятельном Скэриэле Лоу.
Когда за ними захлопнулась дверь и наступила тишина, в которой мы ещё пару минут сидели, боясь сдвинуться, стреляя друг в друга рассерженными взглядами, я первым делом с силой оттолкнул Хитклифа.
– Ай! – взвыл он, потирая ушибленный локоть.
– У тебя чудесный старший брат, – едко бросил я, отряхивая свой костюм. Мне нужно после бала вернуть его в целости и сохранности. – О, прости. Сводный старший брат.
– Держись от него подальше, – огрызнулся Хитклиф.
– С радостью. Будь моя воля, я бы вообще не связывался с чистокровными.
Хитклиф усмехнулся, как будто я удачно пошутил.
– Я бы тоже.
Я удивлённо посмотрел на него, не понимая, серьёзен он или нет. Хитклиф всё так же сидел на полу, уставившись в одну точку.
– Мне пора, – зачем-то проговорил я, направляясь к дверям.
– Стой!
– Ну, что ещё?
– Пожалуйста, не говори никому про то, что я приёмный. – Он поднялся и подошёл ближе.
– Конечно, Готье, само собой. – Я изобразил сочувствие, а потом расхохотался. – Ты бы себя видел! Ты что, с луны свалился? Разве забыл: «Чистота крови…» – бла-бла-бла, помыслы, всякое такое… Я низший, а значит, мне нет веры.
– Брехня всё это, – перебил он.
– Что именно?
– Да всё! «Чистота крови – чистота помыслов». Бред собачий, – процедил Хитклиф.
Я замолчал, не зная, что добавить.
– Послушай меня, Джером. Я знаю, что нам не найти общий язык и ты меня терпеть не можешь.
– Мягко сказано, – закатил глаза я.
Хитклиф устало вздохнул и продолжил:
– Я не враг и не желаю тебе ничего плохого. Мне жаль, что тебя тогда уволили с работы.
Я чуть было не ляпнул: «С какой работы?» – и тут же вспомнил, что в первую нашу встречу со Скэриэлом разыграл сцену. Меня поразило, что он помнил об этом, когда я сам уже запамятовал.
– Правда. Будь у меня возможность, я бы помог тебе с работой. Если ты никому не расскажешь о том, что сегодня сказал Гедеон, я буду тебе должен.
– Хм. – Я задумался. – И что именно ты мне будешь должен?
– Всё, что захочешь. Всё, что я смогу сделать.
– Ты это серьёзно? – изумлённо спросил я, на что он уверенно кивнул. – Кому ты решил довериться? Низшему? Смешно.
– Я доверяю тебе, – проникновенно сказал Готье. – Мне нет никакого дела до статуса – низший или чистокровный.
– Проверь голову, Хитклиф. Тебе, кажется, мозги отшибло.
– Джером… – опять начал он, но я перебил.
– Ты не должен мне доверять, тупица. – Теперь уже я разозлился не на шутку. – Да кому я говорю… Ты в своём уме? Я тебе ничего не должен.
– Зато я буду у тебя в должниках. Чего тебе надо? Денег?
– Иди на хрен, Хитклиф.
Хотя, если быть честным, деньги – не такой уж и плохой вариант.
– Посмотри на это с другой стороны. Разве было такое, что чистокровный обязан чем-то низшему? А я буду обязан.
















