Ренессанс

– А ты? Если бы был полукровкой? – заинтересовалась она.

– Точно бы не ходил по психиатрам, не учил латынь и не ел на ужин бефстроганов.

– И что бы делал тогда?

– Работал бы в доме у такой, как ты. Прислуживал чистокровной.

– Как Лора? – Габриэлла опять без предупреждения залила мои волосы лаком. Я вовремя прикрыл глаза.

– Да, наверное, – ответил я и помахал рукой перед лицом, разгоняя пахучее облако.

– Лора хорошая, – довольно проговорила Габи. – И Сильвия. И остальные, кто здесь работает.

– А Скэриэл?

– Он тоже иногда хороший.

– И когда он хороший? – усмехнувшись, спросил я, откладывая учебник.

– Ну-у, – протянула она. – Например, когда играет со мной. Когда мы смотрим мультики. Когда он смешно шутит.

– А когда плохой?

– Папа всегда говорит, что он плохой.

– Почему он так говорит?

– Потому что Скэриэл полукровка.

– Но ведь Лора и Сильвия тоже полукровки.

– Да не знаю. Это сложно. Тогда все полукровки хорошие. Скэриэл тоже.

– Полукровки из Запретных земель тоже?

– Запретные земли – это очень плохое место, – тихо проговорила Габи.

– Но Скэриэл и Чарли родились там. Они, получается, всё-таки плохие?

– Готье! – возмутилась она.

 – Хватит!

– Прости. Я хотел сказать, что не надо считать всех полукровок хорошими или всех плохими. Среди чистокровных тоже много придурков. Иногда они поступают даже хуже, чем полукровки или низшие.

– Низшие хуже всех, – уверенно проговорила Габи.

– Ладно, – устало добавил я. – Потом ещё вернёмся к этому разговору.

На часах была полночь, когда я услышал тихий стук в окно. Я застыл, обуреваемый нахлынувшими эмоциями. Скэриэл?

Я бросился к окну. Он с улыбкой смотрел через стекло и махал рукой. Прежде чем открыть окно, я перенёс клетку с канарейкой.

С порывами холодного ветра пара листов слетела с письменного стола. Кажется, это был мой распечатанный реферат по истории. Скэриэл проворно перелез через подоконник и очутился передо мной. Из-под расстёгнутой куртки виднелся чёрный свитер крупной вязки. Он не надел ни шапки, ни шарфа, и я удивился, как он не замёрз.

– Готи, – выдохнул Скэриэл, сделал шаг и обнял меня ледяными руками.

Подрагивая, я слабо обнял его в ответ. По коже побежали мурашки, но я списал это на холод. Было так уютно в его объятиях, что в голове крутилось единственное: «Я скучал».

– Я соскучился, – посмеиваясь, проговорил он, и я вспыхнул. Показалось, что он читает мои мысли.

Он выпустил меня из объятий, снял куртку, быстрым движением скинул обувь и направился в ванную.

Я терялся в догадках. Сказал ли ему Джером? Сдал ли меня? Даже если и сказал, то Скэриэл, скорее всего, будет молчать. Я сам себя загнал в западню.

– Ты останешься? – спросил я, вытягивая из шкафа ещё одно одеяло. Я был уверен в ответе до того, как задал вопрос.