Ренессанс

Скэриэл обратился ко мне:

– Ты знал, что Рембо и Верлен были любовниками? – Он показал мне томик Рембо под названием «Пьяный корабль», который перечитывал сегодня. – Говорят ли об этом на уроках литературы?

Если и был в этом какой-то – скажем так, жирный – подтекст, то я постарался закрыть на это глаза.

– Ещё бы о таком говорили в лицее, – хмыкнул я. – Мы на уроках редко затрагиваем личную жизнь поэтов и писателей.

– Верлен разрывался между молодой женой Матильдой и своим любовником Артюром. Мне нравятся у него некоторые строчки. – Он посмотрел мне в глаза и, понизив голос, процитировал:"

"Я взят в Эдем, я ввергнут в ад! Каким невероятным шквалом Объят я, Господи, и смят!Жестокий ангел небывалым Огнём всю плоть мою палит, Пока мой дух в раю парит.

Какая злая лихорадка, Блаженный страх, святая боль! Я мученик и я король, И коршун я, и куропатка.Мертва твоя, ревнивец, хватка, Так вот же, вот он я – изволь!Он замолчал, глубоко вздохнул и продолжил:

Твой – без оглядки, без остатка… Бери меня всего!.. Как сладко!Я крепко вцепился в книгу. Меня охватило необъяснимое волнение и страх: я будто бы падал в пропасть.

Хотелось остановить время, чтобы сбежать из-под настойчивого внимания Скэриэла.

Повисло неловкое молчание.

– И кому он посвятил это? – чуть помедлив, спросил я и зачем-то уточнил: – Поль Верлен.

Интимность происходящего зашкаливала. Стало нечем дышать, словно кто-то откачал весь кислород из комнаты.

– Артюру Рембо, – ответил Скэриэл, ложась на спину. – Это стихотворение Верлена нашли в бумагах Рембо.

– Откровенно, – только и мог промолвить я.

– Ты ещё хочешь в Запретные земли? – вдруг отстранённо спросил он, пялясь в потолок.

 – Со мной.

– Конечно! – с горячностью воскликнул я, поворачиваясь к нему.

– Хорошо. Скажи, в какой день, и мы поедем, – уверенно проговорил Скэриэл, продолжая смотреть прямо перед собой. – Я покажу тебе то, чего ты никогда не узнаешь из разговоров… – Тут он едко добавил, выделив интонацией, так что закрыть на это глаза было невозможно: – Со своим Чарли.

– Он не мой, – мрачно произнёс я. Скэриэл многозначительно промолчал.

Я внимательно изучал его профиль, словно это могло что-то объяснить. Щёки раскраснелись, тёмные волосы небрежно разметались по подушке.

Скэриэл прикрыл глаза рукой, как будто ему доставлял дискомфорт бьющий в глаза свет.

– Надеюсь, – холодно выдал он и прикусил губу.

Вдруг захотелось треснуть его по голове чем-нибудь тяжёлым. Он вёл себя так, словно я в чём-то серьёзно провинился. Не знаю, на что он взъелся, что именно из моих слов его так задело, но оправдываться я не собирался.

– Мне нужно домой. – Скэриэл приподнялся и быстро, не глядя перемахнул через меня. – Напиши потом, в какой день встретимся.