Ренессанс

– Что?!

Мне послышалось? Извиниться? Сегодня что, солнечное затмение или шалит ретроградный Меркурий?

– Прости, что не уделял тебе достаточно внимания, – тяжко вздохнул отец. – В своё время я извинялся перед Гедеоном, но, кажется, это меня ничему не научило. Отцовство даётся мне с трудом.

– Не стоит… – изумлённо проговорил я в ответ.

– Как раз стоит. Я всегда был строг к вам с Гедеоном. Таков мой характер. Но строгость не означает, что я люблю вас меньше, чем Габриэллу.

Я уставился на него, не в силах что-либо возразить.

– Понимаю, что извинений недостаточно, чтобы исправить прошлое, но считаю, что поговорить о проблеме в любом случае необходимо.

Все мы знаем, что я не самый лучший отец.

– А я не самый лучший сын, – тихо произнёс я, на что он грозно сказал:

– Ты прекрасный сын, Готье. Никогда, слышишь меня, никогда не думай иначе. Вы – всё, что у меня осталось в этой жизни. – Отец устало взмахнул рукой. – Я мог бы хоть завтра уйти на покой, покинуть Совет старейшин, но боюсь, что в Октавии всё пойдёт кувырком. Есть люди, которые спят и видят, как бы улучшить здесь жизнь, но в результате только портят.

Как говорится, благими намерениями вымощена дорога в ад. Сколько нелепых, а порой чудовищных законов я смог зарубить на корню во втором чтении!

– Законы? – оживился я. – Что это за законы?

– Один из последних – принудительная стерилизация низших.

– Как такое возможно?! Это же…

– Бесчеловечно? Жестоко? – перебил отец. – Согласен, но не все так считают. Закон о принудительной стерилизации низших должен помочь урегулировать уровень рождаемости. Так считают те, кто предложил его. Но это излишне. Мы можем обойтись более традиционными способами, но, по мнению некоторых, проще за один день покалечить человека, чем обучать его годами.

История ничему не учит людей. Принудительная стерилизация была во многих странах, но сейчас признана преступлением против человечности.

– Этот закон никогда не должен вступить в силу!

– В этом году точно не вступит. Но его пытаются продвинуть каждый год. На сегодняшний день я являюсь главным борцом: возглавляю оппозиционную фракцию в Совете старейшин, – насмешливо произнёс он. – Меня не особо жалуют там."

"– Отец, вы должны остановить этот закон и в последующие годы! Это кошмарно.

Что значит «принудительно»? – Я вскочил, разозлившись не на шутку. – Кто вообще поддерживает такое?

Я ходил из угла в угол и не мог успокоиться. Раздражало даже то, что отец говорил всё это спокойным, ровным тоном.

– Многие, – ответил он. – Единственное, что я пока могу противопоставить, – что из-за стерилизации уровень рождаемости упадёт ниже уровня смертности. А мы, как бы это смешно ни звучало, зависим от низших.

– Но по телевизору ничего об этом даже не говорили.