Ренессанс

«Казнь предателя» – так они это назвали.

– За что его? – тихо спросил я у Кэмерона. Губы пересохли, я торопливо облизнул их и вытер тыльной стороной руки.

На лице Кэмерона читалось отвращение, и я задался вопросом, а не испытывает ли он подобного же ужаса, что и я.

– Хер его знает. Вроде сливал кому-то мистера Эна, – холодно выдал он, пряча руки в карманах. – Даже Жак здесь, – прошептал Кэмерон, повернувшись ко мне. – Значит, всё серьёзно.

Я накинул капюшон и поёжился, сам не зная, от чего именно: от холодного ветра или от вида трупа в десяти шагах.

Один из людей Тони, тот, что казался главным – Жак, если я правильно понял, на вид чуть старше Эдварда, – наклонившись к трупу, пару раз сфотографировал простреленную голову, затем, схватив за куртку, перевернул тело и щёлкнул крупным планом лицо.

– Мистер Эн оценит, – ухмыльнулся он, поднимаясь. – А где Лоу? Разве можем мы веселиться без него?

Два парня, судя по всему из его банды, широко заулыбались.

– Лоу прячется, – процедил Адам, кивая в мою сторону. – Я привёл его напарника.

Они оглянулись на меня.

– Что? – выдохнул я, испуганно повернувшись к Кэмерону.

Он приоткрыл было рот, чтобы что-то сказать, но не издал ни звука. Казалось, Кэмерон тоже был удивлён не меньше меня. Адам уверенно направился к нам, и я в последний момент понял, что нужно бежать, да только Кэмерон вцепился в мою куртку и прошептал:

– Не надо. Будет хуже.

– Хуже выстрела в голову? Серьёзно? – зашипел я, вырываясь.

Адам выдернул меня, как игрушку, из лап Кэмерона – я чуть не споткнулся о корягу, торчавшую из-под земли, – и, грубо поймав за грудки, с размаху подтянул и больно приложил о ствол ближайшего дерева. Я ударился затылком и зажмурился от резкой боли.

– Сукин сын, – выдохнул я, вцепившись в его запястье, и попытался высвободиться.

Он мёртвой хваткой прижал меня к дереву, надавив локтем на шею, да так, что я сразу начал задыхаться. Запаниковав, я принялся брыкаться и хрипеть, но Адам не сдвинулся. Было ощущение, что он сейчас сломает мне шею и я так и умру здесь, даже не успев ничего сказать. Ни тебе пламенной речи перед смертью, ни угроз, ни мольбы – всё, что я мог, это втягивать со свистом воздух, кашлять и биться в судорогах. Я ничего не видел, кроме угрюмого выражения лица Адама.

– Выживи, – прошептал он, приблизившись ко мне. – Соглашайся со всем, что я скажу.

– Что? – прохрипел я, не понимая, о чём он говорит. Адам отпустил меня. Ноги подкосились, и я упал, громко закашлявшись."

"Не дав ни секунды, он поднял меня, заломил руку и подтолкнул в сторону людей мистера Эна.