Ренессанс

Хотя нет… Слышал, что ещё в ряде закрытых стран помимо Октавии есть запрет на выезд полукровкам и низшим. Но в остальных странах можно свободно перемещаться и не ждать разрешения.

– Октавия действительно такая тоталитарная?

– Смотря для кого, – хмыкнул Скэриэл. – Вот для чистокровных всё замечательно. Вы живёте припеваючи. Поэтому во главе страны стоит Совет старейшин из чистокровных. Ни один полукровка не занимает политическую должность.

– «Все животные равны, но некоторые более равны, чем другие», – вспомнил я Гедеона, цитировавшего заповедь из «Скотного двора» Джорджа Оруэлла.

– Что?

– Почитай «Скотный двор» Оруэлла. Найдёшь там много схожего… Получается, ты никуда не можешь выехать? Ни ты, ни Эдвард?

– Ага.

– Про это не говорят в лицее.

– А зачем? В лицее учатся чистокровные. К чему им проблемы низших?

– Если не говорить о проблеме, это не значит, что её нет.

– Другие чистокровные с тобой не согласятся.

– Люмьер говорил, что император Бёрко хорошо относился к полукровкам и низшим в Октавианской империи, – задумчиво произнёс я и сразу пожалел о сказанном.

– А Люмьер был приятелем императора, чтобы так разбрасываться словами? – проворчал Скэриэл.

– Его отец, кажется, Маркус Уолдин, был приближённым императора и умер во время переворота. Но сам Люмьер фанатик императорской династии. Он не может быть объективным."

"– Интересно, – протянул Скэриэл, подсаживаясь ближе. – Он из тех, кто верит, что есть наследник Бёрко?

Я невнятно что-то пробурчал под нос. Тему наследников поднимать не хотелось.

– Чего? – переспросил Скэриэл, а затем хитро уставился на меня. – Ты что-то скрываешь!

– Нет, нет… – помотал я головой. – Просто я ничего толком не знаю о Люмьере и не хочу его обсуждать.

– Ну да, ну да, – протянул Скэриэл, заговорщически кивая. – Он дружит с Гедеоном, да? Тот самый парень, что следил за мной.

– Ага. Но это всё, что я о нём знаю.

– А ты сам как думаешь? Существует ли этот наследник?

– Что?

– Наследник Лукиана Бёрко, которого могли спасти… Думаешь, что это всё городские сплетни?

– Честно говоря, не знаю. А что?

– Если он жив, то ему должно быть сейчас шестнадцать или семнадцать лет. Прям как нам. – Скэриэл улыбнулся. – Я просто иногда думал об этом. То, что я владею тёмной материей. Вдруг наследником мог быть и я.

– Но у тебя же были родители. Семья.

– Ну, а вдруг мои родители как раз и спасли меня во время переворота и забрали себе, – хмыкнул он, затем серьёзно добавил: – Шучу я. Просто мысли вслух. Конечно, прикольно было бы стать наследником империи, но это всё только слухи.

– Ага, – напряжённо кивнул я, мечтая поскорее сменить тему. – Кстати, по поводу Оливера…

– М?

– Я про то, что ты помог Оливеру.