Иллюзия греха

— Валерий Васильевич — не простой врач, у него наблюдаются самые известные люди Москвы. А вы полезете к нему со своими дурацкими расспросами, и, конечно же, окажется, что все это из-за меня. Мне с таким трудом удалось уговорить его записать эту девку на прием, он долго отказывался, он ведь очень занятой человек, а я, дура, настаивала, просила. Теперь вижу, что он был прав, а я — нет. Если бы он настоял на своем, вы бы теперь не морочили ему голову. Он откажется меня лечить. Зачем ему пациентка, из-за которой к нему милиция является?

— Верочка, — мягко попытался остановить ее Ташков, — ты говоришь ерунду.

Никто твоему доктору голову морочить не собирается. Мы даже времени отнимем у него совсем немного. Нам всего лишь нужно уточнить, разговаривал ли он с Олегом, и если разговаривал, то когда и о чем. Вот и все.

Вспышка гнева погасла. Вера снова была спокойна, а Взгляд ее обрел прежнюю безмятежность. Ташков поговорил с ней еще несколько минут и ушел. Едва за ним закрылась дверь, как Вера Жестерова метнулась к телефону.

— Это я, — торопливо проговорила она в трубку.

— Это я, — услышал он в трубке взволнованный голос Веры.

— Ты знаешь, случилось ужасное. К тебе скоро придут.

— Кто?

— Ну, эти... Комитетчики и милиционеры.

— Что, все сразу? — невозмутимо усмехнулся он. — Не многовато ли будет?

— Ты прости меня, — затараторила Вера, — это я во всем виновата. Помнишь, я просила тебя записать на прием какуюто девицу?

— Да, конечно, твой покойный муж должен был привести ее неделю назад.

— Они стали у меня допытываться, кто была эта девица и к какому врачу Олег собирался ее вести. Я не хотела говорить им о тебе, честное слово, но, оказывается, Олег этой девке сказал, что поведет ее к врачу, — у которого лечится его жена.

Отпираться было бессмысленно, пришлось сказать. Теперь они придут к тебе. Это ужасно! Это все из-за меня! Прости меня.

— Ну что ты, Верочка, — он снисходительно улыбнулся, — не надо паниковать. Эти люди делают свою работу, они хотят найти убийц твоего мужа. Пусть приходят, я с удовольствием отвечу на все их вопросы. Тем более что мне и рассказывать-то особенно нечего. Мужа твоего я не видел, его протеже — тоже. Я даже не знаю, кто она такая и чем болеет. Так что пользы от меня будет немного.

Но ради Бога, пусть приходят. Не надо так волноваться, детка. Тебе это вредно. Ты должна себя поберечь.

— Ты... — Ему показалось, что Вера всхлипнула. — Ты правда не сердишься?

— О Бог мой, ну конечно же, нет. Почему я должен сердиться? Жаль только, что эти люди впустую потратят время. Но, впрочем, это их забота. Ты не забыла, что послезавтра ты должна прийти ко мне на осмотр?

— Что ты, как я могу забыть. Ну повтори еще раз, что ты не сердишься, и я побегу, а то я уже и так опаздываю.