Иллюзия греха

Конечно, в присутствии Иры она частенько плакала, но всегда это было реакцией на грубость дочери, а вовсе не проявлением сострадания к ней и остальным детям. Но чтобы вот так...

— Что случилось, мама?

Но мать не отвечала, раскачиваясь все сильнее. Ее уже била крупная дрожь. Ире стало страшно. Она быстро побежала в сторону здания, выискивая глазами какого-нибудь врача или хотя бы медсестру. На глаза ей попалась фигура в белом халате."

"— Помогите! — закричала она изо всех сил. Мужчина в халате обернулся и поспешил ей навстречу.

— Что случилось, девушка?

— Там моя мама... — задыхаясь заговорила Ира, показывая рукой в ту сторону, где оставила мать.

Врач поспешил за ней следом. Увидев Галину, он с облегчением вздохнул.

— Терехина... Вы ее дочь, да? Ничего страшного, в последнее время с ней это бывает. Она сама успокоится через некоторое время.

— Да что с ней, доктор? Раньше такого никогда не было. У нее болит что-нибудь?

— Не волнуйтесь, у нее ничего не болит. Это нервное.

— С чего ей нервничать? — уже спокойнее спросила Ира.

— А вы разве не знаете? — удивился врач. — Вы не слышали про этот ужасный случай с нашей сестрой Марфой?

— Нет.

— Сестру Марфу убили прямо в комнате вашей мамы. А ваша мама ее первая и обнаружила. Конечно, это было для нее огромным потрясением, и теперь как только она вспоминает об этом, начинает плакать. Вы не должны пугаться.

— Может, ей укол какой-нибудь сделать?

— Я же сказал, она сама успокоится. Вот увидите, это пройдет очень скоро. А уколы ей не нужны, она и без того получает достаточно много лекарств.

— Но она так трясется... — Ира бросила на мать взгляд, полный сострадания, смешанного с отвращением.

— Что поделать, голубушка, — пожал плечами врач, — вам придется к этому привыкнуть. Ваша мать — человек тяжело больной. Пока она еще относительно молода, но с возрастом проявления болезни будут все более отталкивающими, это естественный ход вещей, и к этому надо быть готовой. Болезнь, тем более такая, не бывает красивой. Впрочем, никакая болезнь не бывает красивой.

— И что мне делать? Ждать, когда она перестанет плакать?

— Ну, если у вас много свободного времени, можете погулять по парку. А вообще-то я советовал бы вам идти домой.

— Да, я продукты принесла и еще кое-что, мать просила.

— Повесьте их на крючок, там, на спинке коляски. Не бойтесь, никто не возьмет. У нас тут, знаете ли, не воруют. Пойдемте, я провожу вас до выхода.

Ира повесила сумки на крючок, бросила на мать последний взгляд и поймала себя на том, что испытала неожиданное облегчение от того, что визит оказался таким коротким и она не успела в очередной раз поссориться с ней и испортить себе настроение. В прошлый раз она уходила отсюда в слезах.