Самая младшая из принцесс

"

"— А что вы хотите услышать? — я наконец взяла себя в руки, отодвинулась от ладони Финча и резко поставила чашку на стол, да с таким стуком, что ее содержимое чуть выплеснулось на гладкую поверхность. — Если вы думаете, что я сделала это от глубокого чувства к вам, то вы сильно ошибаетесь! — сказала и снова солгала. Теперь и ему, и себе.

— Хорошо, допустим, я вам поверю, хотя мне трудно это сделать, наблюдая за вашим волнением.

Я встала с кресла. Сжала губы. Лорд Финч пытался спровоцировать меня на признание, хотя сам мне толком ничего не рассказал. Повернул все к чувствам. Создавалось ощущение, что он видит меня насквозь, или просто мне казалось, что это так. Но сейчас я просто не могла ему признаться в своей любви, опасаясь, что не услышу ответного признания.

— Если вы будете продолжать говорить со мной в том же тоне, я уйду, — сказала уверенно.

— Я знаю, что нравлюсь вам, — Финч встал с кресла и приблизился ко мне, — но хочу, чтобы вы признались в этом сами.

— Нет! — ответила сухо.

— Нет, не нравитесь, или нет, не признаюсь? — поддел он, а затем произошло то, чего я уж никак не могла ожидать.

Все, что я успела, это моргнуть от удивления, когда опекун шагнул ко мне и заключил в свои объятия, сжав нежно мою талию. А затем его правая рука, уверенно подняла мой подбородок и на несколько секунд серый взгляд встретился с моим, и потом он меня поцеловал.

Жесткие губы накрыли мои решительно и нежно. Тело пронзила сладкая дрожь. Ноги стали ватными, а руки зажили своей жизнью. Они впились в волосы Финча, чтобы еще ближе, словно это было возможным, притянуть его лицо к моему. Я не заметила, как начала отвечать на его поцелуй. Как часто я представляла себе его, свой первый поцелуй, предполагая, что он будет робким и неуверенным, трогательным касанием чужих губ к моим. Но меня ожидало совсем иное ощущение. Острое, горячее, оно заставило мое сердце биться с неведанной силой и отвечала я, себе на удивление, уверенно и по первобытному дико. Я сама себе показалась зрелой и опытной, хотя совсем потеряла голову от нахлынувших чувств, которые стучали только одно единственное слово: «Люблю».

Сколько длилось это головокружительное волшебство, не знаю, не помню. Но когда меня отпустили, и я смогла открыть глаза, то увидела перед собой улыбающееся лицо своего опекуна. Его обычно холодные глаза сияли, а на губах искрилась довольная улыбка.

— Милорд! — мои руки все еще дрожали. Я со стыдом вспомнила, как минуту назад пылко отвечала на поцелуй, и лицо залилось румянцем, под стать цвету пламени в камине.

— Я получил ответ на свой вопрос, — сказал сэр Генри.

— Да вы наглец! — выдавила я.

— Есть немного! — его улыбка стала еще шире, и мне неожиданно захотелось стереть ее, слишком довольной она была.