\

Чтобы как‑то закруглиться, Тиммонс ответил своему куратору с вежливой улыбкой:

— Да, пожалуй… Когда я был совсем маленьким, моим кумиром был Бенджамин Франклин, а он, как известно, был блестящим юристом…

Профессор слегка вздохнул.

— Да–а-а… — протянул он. — А я вот тоже…

— Тоже решили последовать чьему‑нибудь примеру?

— Совершенно верно. Мой дядя был адвокатом в Новом Орлеане… И я всегда ему завидовал.

Чтобы прервать воспоминания не в меру словоохотливого профессора, Кейт перевел разговор в первоначальное русло.

— Значит, мистер Лихновски, вы не советуете мне открывать частную юридическую практику?

Мистер Лихновски наклонил голову.

— Нет, Кейт… Мне кажется, что ты способен на большее… Стать частным адвокатом ты всегда успеешь…

— Значит, — продолжал Кейт, — если мне предложат какое‑нибудь место в частной фирме…

— Не раздумывая соглашайся, — прервал его Лихновски энергичным жестом, — и ты увидишь, что не пожалеешь… Честно говоря, я и сам бы с удовольствием поработал в какой‑нибудь серьезной фирме, но…

При этих словах профессор развел руками — мол — «ничего не поделаешь — возраст!.

.» Кейт несмело спросил:

— А вы что — действительно считаете, что такое предложение может последовать?..

Лихновски только улыбнулся в ответ.

— Вне всякого сомнения… Ты ведь и сам наверняка хорошо знаешь, что у нас в Америке многие солидные и презентабельные фирмы устраивают настоящую охоту за выпускниками этого университета… Тем более, за такими, как ты…

Поднявшись со своего места и вежливо попрощавшись, Кейт произнес:

— Непременно так и поступлю, мистер Лихновски… Спасибо вам за добрый совет…

Совет Лихновски прозвучал для Кейта достаточно неожиданно — во–первых, он, зная, какую необыкновенную конкуренцию приходится выдерживать юристам, решившим связаться с частными фирмами, и не помышлял о подобном поприще — кроме того, он, человек, склонный к свободолюбию, не хотел от кого‑нибудь зависеть.

Во–вторых, Тиммонс хотел как можно скорее вернуться в родной городок — тем более, что он прекрасно знал, что там ему никто не сможет составить конкуренции…

Тиммонс рассчитывал приехать в Санта–Барбару, взять в Федеральном банке кредит и купить на него дом, обустроиться, жениться, и «зажить, как все».

Кстати говоря, для женитьбы у него была подходящая кандидатура — двадцатилетняя Барби Джаггер, работавшая тут же, в Колумбийском университете лаборанткой на факультете органической химии. Тиммонс в то время любил ее, да и сама Барби всем своим видом показывала, что явно неравнодушна к этому молодому человеку. И хотя разговоры о браке, если и велись, то только вскользь, полушутя, вопрос этот давно был решен — так, во всяком случае, казалось и Кейту, и самой девушке.