\

Я засажу вас за решетку лет на десять, пятнадцать. Кстати, я нашел несколько компрометирующих улик.

Джина, как всегда не вовремя открыла рот.

— Каких? У тебя ничего не может быть против нас.

Круз обвиняюще ткнул в нее пальцем.

— Да, я вижу, что тебя съедает любопытство. Ты, конечно, очень хотела бы разузнать обо всем пораньше, чтобы успеть подстраховаться с помощью своего дружка окружного прокурора. У тебя ничего не выйдет. Придется потерпеть до тех пор, пока я сам не сочту нужным вам сообщить об этом. Интересно, кто из вас придет ко мне первым? Интрига развивается. Сейчас вы, наверняка, перегрызете друг другу глотки.

Он подошел к Джине и тоном хорошего полицейского произнес:

— Чистосердечное признание уменьшит твой срок.

Джина неестественно громко рассмеялась и, встав со своего места, поскакала к кровати.

— Кастильо, не строй ненужных иллюзий. У тебя не может быть никаких доказательств против меня, потому что я чиста, как ангел.

Кастильо съехидничал:

— Какая похвальная добродетель. Джина, ты каждый раз удивляешь меня своей отчаянной наглостью.

Она демонстративно улеглась на постели рядом с Тиммонсом и презрительно фыркнула:

— Кастильо, шел бы ты подальше отсюда.

Окружной прокурор тут же подхватил:

— Ты нарушил неприкосновенность жилища, а потому, каждая лишняя секунда твоего пребывания здесь может обернуться ужасным ударом по твоей карьере. Я рекомендовал бы тебе не задерживаться здесь ни одного мгновения.

Круз вновь по–театральному поклонился.

— Приношу свои глубочайшие извинения, — фиглярничая, сказал он. — Извините, что нарушил ваши любовные игры. Воркуйте, голубки.

Под напряженными взглядами Тиммонса и Джины он спокойно открыл дверь и вышел за порог.

— Не выпускайте друг друга из виду, может быть, вам понадобится компромат на соседа, когда вас припрут к стенке. Желаю приятно отдохнуть.

Разумеется, после такого визита вежливости ни о каких любовных играх и ласках не могло быть и речи. Джина, даже не накрываясь одеялом, отвернулась в сторону, а окружной прокурор, напуганно хлопая глазами, смотрел в потолок.

СиСи распахнул дверь перед Софией.

— Прошу.

Она вошла в дом и задумчиво остановилась в прихожей.

— Да, это был невероятный вечер, — медленно растягивая слова, сказала она.

СиСи усмехнулся.

— Что, тебе так не понравилась встреча с Лили Лайт?

София равнодушно махнула рукой.

— В общем, я ничего другого и не ожидала увидеть и услышать, все это давно пройдено и известно. Хотя, надо признать, у нее есть дар убеждения. Ты заметил, как у нее горели глаза?

СиСи кивнул.

— Да, этой даме не откажешь в фанатизме. Слава богу, что все это не растянулось до утра, и мы наконец‑то можем заняться самими собой.

Он подошел к ней и обнял за плечи.