Наизнанку

 — Это уже сто рублей. Надо подумать. Когда на кону такие деньги-это серьезно.

— Я даже буду передаривать тебе шоколадки, которые мне дарят пациенты.

— Да. Это все очень весомо. Заманчивое предложение.

— И не говори, — берет зонт, открывает дверь со своей стороны и выходит из машины. Открывает мне дверь и подает руку. Этого только не хватало, но тем не менее подаю ему руку и выхожу из машины. Проводит он меня не до подъезда, а зачем-то заходит со мной внутрь.

В квартиру все равно не пущу, пусть не надеется. И посетить важное место тоже не дам. Пусть в кустики идет.

— Спасибо, что провели, но я вас не приглашу, — расстегиваю куртку и снимаю шелковый шарфик.

— Я и не просил. Но так как я получил сегодня стресс на работе, мне надо расслабиться. Понимаешь?

— Понимаю. И?

— И мне мало одной попы.

— Тут напротив живут две женщины, они сестры. У них как раз есть две семидесятилетние дряблые попы. Хотите я позвоню им в дверь и попрошу разрешения их потрогать?

— Хочу, чтобы ты сейчас замолчала и слова не пикнула. Обещаю, чести тебя девичьей пока не лишу, — уже шепчет на ухо, и опять водит губами по шее. Кладет мне руку на поясницу и продвигается вниз. Нет, так мы не договаривались. Да он не юбочник, а попочник. Снова начинает мять мои булки в прямом смысле этого слова.

— Хватит, — убираю его руку. Вместо того, чтобы возмутиться или продолжать меня трогать, он цепляет пальцем край моей кофты и заглядывает в зону декольте. — Я сказала хватит, — бью его по руке.

— Ой, какая ты недружелюбная.

— Сейчас вы что делали?!

— Смотрел. Оценивал. И заметил крошку.

— Какую крошку? Что вы несете?

— Несу бред. Заметил крошку от печенья или что ты там ешь на работе?

— Кекс.

— Ну вот значит у тебя упал кусочек кекса в твою ложбинку, когда ты его хомячила без меня. И мне не дала. Двусмысленно звучит и во всех смыслах верно, — с улыбкой произносит Марк. — Так ладно, я вижу мне пора, а то еще руки отобьешь.

— Верно.

— Тогда до завтра, лапа моя.

— До свидания.

Глава 16

— Так и писать? — поворачиваю к нему голову.

— А как еще? Или ты хочешь придумать несуществующие вещи? Мы его опросить толком смогли?

— Нет.

— Тогда так и пиши. Давай, Марин, конец рабочего дня и пятница. Я уже хочу отдыхать, время тикает, — стучит по наручным часам. — Пиши. Продуктивный контакт с больным затруднен в виду когнитивных и слуховых нарушений, — печатаю, а сама совершенно не понимаю, что набираю на клавиатуре. — Марина, нарушений. А ты что печатаешь? — смотрю на экран, а там вместо слуховых нарушений «слуховых поползновений». Да что со мной сегодня такое?! Стираю слово и быстро набираю «нарушений». — В скобочках тугоухость.

— Что?

— А я думал только у больного тугоухость, но и у тебя видимо тоже. После слуховых нарушений в скобках пиши тугоухость.