Сияние

Но для Дэнни так звучал сам отель, старый монстр, чьи скрипы становились все ближе, чьи коридоры протянулись не только в пространстве, но и во времени, уводя в далекое прошлое, где теснились голодные тени, неприкаянные призраки гостей, которых нелегко было заставить утихомириться.

В темном бальном зале часы пробили половину восьмого одним мелодичным ударом.

Тут послышался хриплый пьяный голос:

– Маски долой, и давайте трахаться!

Уэнди замерла в середине вестибюля.

Она посмотрела на Дэнни, который сидел на лестнице, перебрасывая мячик из руки в руку, и спросила:

– Ты ничего сейчас не слышал?

Но Дэнни лишь посмотрел на нее и продолжил кидать мячик.

Этой ночью они почти не спали, хотя улеглись вместе и надежно заперли дверь.

Лежа в темноте с открытыми глазами, Дэнни думал:

(Он хочет стать одним из них и жить вечно. Вот чего он хочет.)

Уэнди размышляла:

(Если потребуется, уведу его выше в горы. Лучше уж погибнуть там.)

Завернутый в полотенце мясницкий нож она положила под кровать, чтобы он все время был у нее под рукой. Они то забывались неглубоким сном, то вновь просыпались. Стены отеля поскрипывали. Снаружи с небес вновь обрушился на землю тяжелый снегопад.

Глава 40

В подвале

(!!!Бойлер чертов бойлер!!!)

Мысль внезапно высветилась в сознании Джека Торранса ослепительно красным предупреждением. А вслед за ней вновь зазвучал голос Уотсона:"

"(Если забудешь, оно начнет ползти и ползти вверх, и как-нибудь ты вместе со всей семейкой проснешься на треклятой луне… По документам котел должен выдерживать все двести пятьдесят. Но теперь он точно взорвется гораздо раньше. Ты меня силком не заставишь спуститься сюда и встать рядом с этой бочкой, если стрелка встанет даже на ста восьмидесяти.)

Он провел внизу всю ночь, роясь в коробках со старыми записями, охваченный лихорадочным чувством, что время уходит и ему нужно торопиться. Ведь он так и не нашел некое важное связующее звено, факт, который сделает картину полной и ясной. Его пальцы покрылись слоем желтой грязи от возни с замшелыми бумагами. И поиски так увлекли его, что он ни разу не проверил бойлер. В последний раз он спустил пар около шести часов вечера, когда пришел сюда. А сейчас уже было…

Он посмотрел на часы и вскочил, опрокинув пачку архивных счетов.

Боже милосердный! Без четверти пять утра.

У него за спиной продолжала горячо полыхать топка. А из помещения бойлерной доносились стоны и свисты котла.

Джек бросился туда. За последний месяц его лицо заметно осунулось и заросло щетиной, под глазами пролегли глубокие тени, что придавало ему сходство с изможденным узником концлагеря.

Стрелка манометра бойлера поднялась до 210. Джеку даже казалось, что он видит, как выгибаются под смертоносным давлением покрытые заплатами стенки котла.