Случайная вакансия

— Скорее всего, — повторила Ширли.

Говард наконец-то повесил трубку."

"— Обри согласен, — объявил он им обеим, входя в кафе со свежим номером газеты «Ярвил энд дистрикт» в руке. — Весьма слабый материал. Чрезвычайно слабый.

Женщины не сразу вспомнили, что обязаны проявлять интерес к посмертной статье Барри Фейрбразера. Куда интереснее был его призрак.

— Да-да, я тоже подумала, когда читала, что статья ни о чём, — поспешила заверить его Ширли.

— А интервью с Кристал Уидон — просто прелесть, — хохотнула Морин. — Говорит, любила рисование. Ну, разве что рисование на партах.

Говард засмеялся. Ища предлог, чтобы отвернуться, Ширли взяла с прилавка шприц-ручку «Эпипен», которую Рут утром занесла в магазин для Эндрю. Ширли зашла на свой любимый медицинский сайт, прочла там об этих инъекторах и теперь могла бы с лёгкостью объяснить действие адреналина. Однако вопросов не последовало, и она убрала маленькую белую шприц-ручку в шкаф, стукнув дверцей, чтобы пресечь дальнейшие остроты Морин.

В огромной руке Говарда задребезжал телефон.

— Да, алло? А, Майлз, да… да, мы в курсе… Мама увидела сегодня утром… — Он посмеялся.

 — Конечно удалила… Не знаю… Думаю, разместили вчера… Нет, не думаю… мы уж сколько лет знаем Бен-Задиру как облупленную…

Но его игривость заметно шла на убыль по мере того, как он слушал Майлза. Немного погодя Говард сказал:

— Ага… да, понимаю. Да. Нет, в этом смысле пока… хорошо бы поручить кому-нибудь проверить защиту…

Трое, находившиеся в магазине, почти не обратили внимания на проехавший в сумерках автомобиль, но водитель успел заметить огромную тень Говарда Моллисона, плывущую за кремовыми шторами. Гэвин нажал на педаль газа, торопясь к Мэри.

Во время телефонного разговора ему показалось, что она доведена до отчаяния.

— Кто этим занимается? Кому это нужно? У кого ко мне такая ненависть? — спрашивала она.

— Ни у кого, — сказал он. — За что тебя ненавидеть? Никуда не уходи… Я еду.

Он припарковался у её дома, хлопнул дверью и быстро пошёл по дорожке. Мэри открыла входную дверь ещё до того, как он постучал. Её глаза снова опухли от слёз; на ней был шерстяной халат до пола, который делал её ниже ростом. В противоположность алому кимоно Кей он вовсе не выглядел соблазнительным, но его незамысловатость и поношенность знаменовали новый уровень близости.

Все четверо детей Мэри были в гостиной. Мэри жестом пригласила его на кухню.

— Они знают? — спросил он.

— Фергюс знает. Ему в школе сказали. Я просила его не говорить остальным. Честное слово, Гэвин… Я уже на пределе. Откуда такая злоба…

— Там всё враньё, — сказал он, а затем, поддавшись любопытству, добавил: — Так ведь?

— Да! — страстно выпалила она. — То есть… Не знаю… Я действительно её почти не знаю.