Страсть на грани

Сидя на другом конце стола, девушка смотрела на нее чуть ли не с ненавистью. Увидев, что Лера это заметила, она тут же приняла невозмутимый вид и отвернулась.

«Все-таки она очень неприятная, — подумала Лера. — А мама ее ценит. Неужели не видит, насколько она неестественная, эта Марина, кругом только притворство? Это даже Алена заметила»."

"Решив больше не думать о такой малозначительной персоне, как Марина, Лера завертела головой в поисках мужа. Олег как сквозь землю провалился. Накинув на плечи широкий хлопчатобумажный шарф, Лера тихонько вылезла из-за стола и отправилась на поиски.

В яблоневом саду мужа не было. Выйдя на дорожку, ведущую к барскому дому, она медленно побрела в его сторону. Дойдя до маслобойни, замедлила шаг. Там кто-то был, и Лере почему-то очень захотелось узнать, кто именно.

Тихонько подкравшись к открытому окну и благодаря судьбу за то, что на ней мягкие полотняные тапочки, она прижалась к стене, чтобы ее не заметили изнутри, и прислушалась. Заглядывать в окно она не решилась.

— Почему мы все время должны встречаться тайком? — женский голос звучал капризно, Лера узнала Марину. Девушка стояла у самого окна, поэтому слышно ее было отчетливо.

— Потому что я несвободный человек, — второй голос звучал глухо, но точно принадлежал мужчине. Несмотря на то что слышно его было плохо, Лере показалось, что и этот голос ей смутно знаком.

— Ты же обещал развестись! — в голосе Марины зазвучала близкая истерика. — Сколько мне еще ждать? В конце концов, я помогаю тебе только потому, что считаю близким человеком, если ты меня кинешь, я расскажу все, что знаю.

— И что ты такого знаешь, мне интересно?

— Я дала тебе ключи от усадьбы в ту ночь, когда убили Резвухина. Ты постоянно берешь у меня эти чертовы ключи. Если старуха догадается, она меня со свету сживет. Трясется над этой проклятой усадьбой, как сумасшедшая. Кому она нужна, история эта! Плюнуть и растереть. Все равно сейчас все это дела давно минувших дней. Никому это неинтересно.

— Лапочка, — мужской голос стал еще тише, и Лере пришлось напрячься, чтобы расслышать, — я велел тебе забыть историю с этим вашим шорником. Я его никогда не видел, поняла?

— Ты все время крутишься возле рокотовского семейства! — выплюнула Марина. — Я тебе звоню всегда, когда что-то происходит! А ты кормишь меня пустыми обещаниями! Мне же страшно, ты понимаешь?! С этим убийством тут полиция постоянно ходит, рано или поздно они догадаются, что я что-то скрываю.

— И что? Ты меня сдашь?

— Если возьмут за горло, сдам, — Марина тяжело дышала. — Мне чужие грехи ни к чему. Своих вполне достаточно.