Сахар на дне

Алексей любил меня осторожно, но страстно, и я отдавалась без стыда и каких-либо рамок. Растворялась в нём, позволяя растворяться в себе. Принимала, изнывая от желания и превозмогая всё ещё отдающую боль.

Он сказал, что в следующий раз будет проще. Но этого следующего раза не наступило. Утром Шевцов отвёз меня домой, и больше я от него за неделю ничего не слышала. Ни звонка, ни сообщения.

Ах нет, одно всё-таки прилетело. Когда я на третий день сходила с ума и от волнения, и от обиды, а потом набралась смелости и позвонила. Это было непросто, потому что между нами с ним непросто. Но он отбил звонок, а потом прислал лишь одно слово: «Занят».

И вот прошли ещё несколько дней, а он всё также занят. Естественно, я не стала ему больше писать или звонить. Обида продолжает разъедать, а на губах всё чаще ощущаю привкус соли.

Но ведь если посудить, то что такого-то произошло? Не я первая, не я последняя. Наверное, ещё и радоваться должна, что первый раз прошёл без отвращения к парню, который, между тем, был нежен и чуток, аккуратен и заботился не только о себе.

Но на этом, пожалуй, и всё.

И самое интересное, что Копылова вдруг попыталась его оправдывать. Нет бы, как всегда, сказать, какой он мудак и что гореть ему в огне за такое, так нет же, она сказала:

— Ян, ну может и правда занят? Он не похож на козла. Нет, он, конечно, тот ещё говнюк, но не с тобой. Ты же и сама всё понимаешь.

Вот и я думала, что понимаю, но оказалось, что нет. И сейчас, кажется, нервничаю, потому что уже подъехало такси и сейчас отвезёт меня на торжество, посвящённое юбилею отчима. Виктор не любит заведения общепита, даже дорогие, которые вполне может себе позволить. Поэтому они с мамой нанимают персонал, и празднование пройдёт в их доме. Том самом, в котором я впервые повстречала своего сводного брата. В том самом, в котором так боюсь увидеть его сегодня снова.

Что я должна буду сказать? Как вести себя после того, что позволяла делать с собой, а потом получила вот это лаконичное «занят»?

Достаю куртку из шкафа, бросая взгляд на то самое чёрное платье. Пусть это не совсем и к месту, но сегодня мне хочется спрятать тело как можно сильнее, закрыть тканью, чтобы кроме кистей и лица ничего не было видно Классические джинсы и бежевая закрытая блуза с принтом. Вполне себе нарядная. Виктор сказал, много людей приглашать не хочет, так что обстановка будет скорее семейная. И, если честно, это пугает ещё больше…

Таксист не спешит, и я наблюдаю, как по лобовому ползут капли дождя. Так интересно. Словно гравитация — это не про них. Дождь идёт сверху, а струйки тянутся вверх — их гонит ветер. Неестественно. Как в наших с Лексом отношениях. Сводные брат и сестра, отдавшиеся друг другу без остатка. Ну, по крайней мере, я сужу по себе. Нормально ли это, правильно? Наши родители женаты.