Суженая
Они всегда защищали наши земли от тьмы, но никогда не были нашими защитниками.Мы боимся их — тех, кто живёт в кланах, как звери; тех, кто по своему желанию оборачивается в страшных зверей и тех, кто с таким презрением относится к нам, людям.Иногда они покидают свои непроходимые горы, появляясь в империи… требуя невест из человеческого рода. И ни один император им не отказывает.В этот раз они пришли за мной.Однотомник.
— Хочешь прогуляться перед сном? — поинтересовался Лиам, поймав мой взгляд. — Полюбоваться на ночное озеро?
— А можно… — я закусила губу, стесняясь произнести это вслух.
— Что? — не очень вежливо, в каком — то нетерпении, спросил МакГрегор.
Я сглотнула, отведя взгляд в сторону.
— Можно мне освежиться?"
"— Поплавать? — в голосе супруга послышалось явное удивление. Выходило, что я всё же не оскорбила его тонкий нюх оборотня. — Милена, вода в Белом озере в любое время слишком холодная для тебя.
— Я только хочу немного освежиться, — заметила я. И, поскольку супруг явно не понимал, пришлось пояснить. — Просто смыть с себя дорожную пыль…
— Пойдём, — после долгого размышления кивнул оборотень. — Я провожу тебя.
— А можно я одна, — в конец, расхрабрившись, спросила я. — Здесь ведь совсем рядом.
— Только в воду далеко не заходи, — согласился МакГрегор. — Вода и вправь очень холодная.
Это был лучший повод сбежать от оборотня и хотя бы на какое — то время остаться наедине с собой.
Морально приготовиться к тому, о чём я не имела никакого представления.
Ночь… Ночь ведь уже почти опустилась.
Что там говорила леди Джейн про долг жены: лежать на спине и думать об империи? Но понравится ли оборотню, если я стану думать о чужой для него стране?
Быстро сложив остатки ужина в один из мешков, я, было, хотела помыть оставшуюся после трапезы посуду, но МакГрегор жестом остановил меня.
— Не надо, Милена.
Он махнул рукой — и грязные блюда с остатками гусиного жира исчезли во тьме.
— Вы пользуетесь магией даже ради такой мелочи? — не поверила я, всё ещё глядя на пустое место.
— Для такой мелочи и магии надо совсем мало, — хмыкнул супруг.
Спорить я не стала.
Поднялась, вытащила из саквояжа несколько необходимых вещей — холстину для вытирания, чистую нательную рубашку и кусок душистого мыла, которое мне положила с собой в дорогу Клер — и, не оглядываясь на МакГрегора, пошла к озеру.
Сумерки с каждой минутой сгущались всё сильнее, превращая отголоски дня в ночную темень. Но всё же я успела застать последние всполохи уходящего дня в виде светлого зарева там, куда опустилось на ночь светило…
Вода, как и предсказывал МакГрегор, оказалась не просто холодной — ледяной. И всё же было так приятно освободиться от одежды и протереть под нательной рубашкой усталое тело свежей, чистой водой; смыть с себя грязь и все тревоги прошедшего дня.
Оставалось лишь пережить ночь.
Я зачерпнула новую пригоршню ледяной воды и умыла пылающее лицо.

















