Свежий ветер (СИ)

Однако понимание того, что мои чувства нормальны, не помогало. Я лишь стал думать о том, что если нам полагается испытывать нечто подобное, то как человечество вообще продолжает существовать? Неужели галактику населяют люди вроде меня, пытающиеся склеить осколки своих жизней воедино, делающие вид, что все хорошо, и при этом не чувствующие ничего, кроме тоски и опустошенности?

Говорят, срок, необходимый на то, чтобы пережить расставание, равен половине времени, проведенного вместе. Мы были вместе – если это вообще можно так назвать – всего месяц, и год спустя, вспоминая крушение, я до сих пор мог вообразить ту разрывающую на части боль, которую мне принесло осознание того, что ее больше нет на свете.

Это просто нелепо. Я знал ее вдвое меньше, чем оплакивал. Я все ждал, что наконец мне станет легче, но тщетно: сумасшедшее горе лишь уступило место оцепенению, перемежавшемуся с невероятно яркими кошмарами, вновь открывавшими рану, остававшуюся все такой же свежей.

Еще месяц спустя я прибыл на Цитадель – к счастью, ВИ с ее внешностью практически пропали из виду – чтобы посетить доктора для очередной проверки.

В последнее время я все больше использовал свою биотику, испытывая пределы своих сил и поражаясь тому, на что оказался способен. Джена помогла сбросить психологические оковы, не дающие мне прикладывать слишком много усилий, и я обнаружил, что избавившись от страха, мог добиться практически чего угодно, при условии, что выдержит имплантат. Так я оказался в больнице (пусть и ненавидел их), терпеливо ожидая, пока молодая докторша, издававшая заинтересованные звуки на протяжении всей процедуры, закончит осматривать основание моей шеи. "

"Установив последние усовершенствования, она заявила, что мне не о чем волноваться – я находился в отличной форме для L2, и мой имплантат прекрасно справлялся с возрастающей нагрузкой, однако, по ее словам, мне все же следовало увеличить количество потребляемых калорий. Доктор оставалась все такой же, какой я ее помнил по предыдущим визитам: сначала с Шепард, а затем, по возвращении на активную службу, на обязательных ежеквартальных осмотрах - доброй, разговорчивой, приятной. Мне было комфортно с ней, что довольно удивительно, учитывая, что она вскрывала основание моей шеи и что-то делала с нервными окончаниями.

В конце каждого визита мне полагалось выполнить несколько простых упражнений – например, поднять в воздух пару предметов, переместить их в определенное место – просто, чтобы убедиться, что все работает, как положено. На этот раз, давая мне очередное задание, она периодически вставляла восхищенные замечания по поводу того, каким умелым я стал, и время от времени нервно посмеивалась.