Сво(бо)дные

Буквально оседлав его, перекидываю волосы на бок и вновь впиваюсь в его рот. Его руки пробираются к моей спине, пальцы пробегают по позвоночнику. Одна ладонь ложится на мою ягодицу и начинает ее мять, другая поднимается к шее. Я похожа на куклу в его сильных объятиях, но впервые в жизни быть безвольной рабыней мне дьявольски приятно."

"Его член идеального до помутнения рассудка размера вторгается в меня с новой мощью. Мои стенки, еще не отошедшие от первого оргазма, пламенной волной накрывшего меня с головой, с радостью пропускают его на незримом КПП, и мелкий демоненок в моей груди продолжает прерванное торжество.

Нехотя отклеившись от мягких божественных губ, я поднимаюсь над Кристианом, и мои ноготки оставляют розоватые дорожки на его груди. Уголок его губ снова приподнимается, глаза чуть сощуриваются, и это придает мне уверенности.

Мужские руки сжимают и мнут мои бедра, а я, закатывая глаза, исполняю безумный танец, выгибаясь, ускоряясь и больше не сдерживая томные стоны.

Все мои напружиненные мышцы отпускает. Внутри рвутся натянутые струны. Цепи, в которые я себя добровольно заковала, становятся хрупкими.

Сквозь звон в ушах я слышу тихое рычание Кристиана. Он двигает бедрами все яростнее, подгоняя меня и, можно сказать, натягивая на себя.

Резко сбросив меня с себя, снова нависает сверху, врывается в мой рот языком, и я чувствую, как живот обжигает его горячее семя. Он смешивает поцелуй с пряным запахом нашего пота и своим хриплым дыханием. Я обвиваю его шею руками и абсолютно счастливая утопаю в некоем беспамятстве.

Но наступает момент, когда Кристиан сползает с меня, дотягивается до сигарет на тумбочке и закуривает прямо в кровати. Завалившись на спину рядом со мной, он выпускает вверх струю дыма, а я, дурацки улыбаясь, готовлюсь распрощаться с этим прекрасным сном.

Мое разгоряченное тело медленно остывает, и прохлада облизывает меня тонкими струйками. Вскоре становится холодно, на животе неприятно липко, а в комнате воняет сигаретным дымом.

Я начинаю трезветь и соображать, что произошедшее нифига не сон.

Господи…

Какой позор!

Я тяну на себя простыню, заворачиваюсь в нее, прикрываю даже нижнюю часть лица и немигающе таращусь на довольного Кристиана.

Он тушит сигарету в хрустальной пепельнице, укладывается на бок, подпирает голову рукой и, скалясь, спрашивает:

— А ты че пришла-то, нимфа?

Я сглатываю. Почему-то больно. Горло от ужаса сдавливает невидимой жесткой петлей.

Я… я… я изменила мужу! Я переспала с мужиком, с которым почти незнакома! Со своим будущим сводным братом!

Сладость во рту превращается в горечь. В голосе Кристиана слышна ирония, издевка. Я для него — одна из…

— Соскучилась? — шире улыбается он, с нездоровым блеском в темных глазах.