Сын (не) для дракона

Я никогда не была страстной натурой, даже с Женей мы прикасались друг к другу очень редко — до того, как я захотела завести ребенка. Всю жизнь я думала, что просто из тех людей, кому не особенно важна близость, даже о красивых мужчинах, к которым собиралась поехать на Канары после развода, я думала отстраненно и больше хотела взять реванш над бывшим мужем, чем получить удовольствие.

— Я предлагаю тебе меня отпустить, а еще…

Сорин ухмыльнулся и заткнул меня поцелуем. Вот мудак!

Но как же хорошо, господи! Уверенные губы, руки, которые гладят мое тело, удовольствие, которое скапливается у меня внутри и становится почти болезненным.

Мне не следует на это соглашаться! Я еще пожалею об этом, обязательно пожалею!

Моральные терзания здорово облегчало то, что выбора у меня, по сути, не было: из-за ошейника я не могла даже встать, сверху к кровати меня прижимал горячий, мускулистый, возбужденный, высокий, плечистый, вкусно пахнущий… Так, о чем я вообще?.. Ах, да. Сопротивление. Я же тут не по своей воле. Не забыть бы.

Сорин раздевал меня очень медленно, целуя каждый обнажающийся кусочек кожи. Местная одежда, пожалуй, располагала к долгим ласкам: она была многослойной. Платье надевалось на тонкую нижнюю рубашку в пол, поверх него вторым слоем — пышная юбка, а на нее для верности — расшитый красным передник.

Одежда у дракониц, судя по тому, что я видела в ателье, была более простой и содержала в себе только один слой. Наверное, Сорин привык иметь дело с ней, потому что мой наряд его неприятно удивил: попытавшись задрать юбку и обнаружив внизу еще нижнюю рубашку и платье, он возмутился:"

"— Эти деревенские бы еще доспехи на тебя надели! Как это снимается вообще? А, нашел…

Он обнял меня за талию и принялся развязывать узел на поясе, целуя меня в шею. Когда он разделался с завязкой передника и перешел к юбке, я готова была спуститься вниз, забрать у тощего дракона нож покрупнее и разрезать на себе одежду самостоятельно. Потому что Сорин прав: они бы еще доспехи на меня надели!

То, что происходило сейчас, для меня было в новинку. И речь шла даже не о том, что я проводила время с настоящим драконом, а о том, что творилось с моими собственными эмоциями и чувствами.

Я не думала, что способна на такое откровенное и плотское желание. В теле разгорался пожар, хотелось большего: узнать, что будет дальше, соприкоснуться кожа к коже, почувствовать Сорина… внутри.

Не знаю, как все получилось бы, если бы я в самом деле была против всего происходящего, если бы всерьез сопротивлялась или плакала. Продолжил ли бы Сорин делать то, что делал: целовать меня и гладить, медленно и осторожно снимать мою одежду. Замены ей не было, так что мой вариант с ножом был не самым подходящим.