Тайная магия Депресняка

Велено – так я и унесу. Кто у нас туточки заколотый? И-и?

Аида Плаховна пристально всмотрелась в нагрудник Хакима. Меф заметил, что он промят копьем валькирии.

– Ай-ай! Как неосторожно! И капелька крови выступила! Ранка-то не смертельная?.. Не тошнит, головка не кружится? Потрогать можно? – сочувственно протягивая руку, спросила Мамзелькина.

Хаким попятился.

– Иной раз знаешь как бывает. Поранит человек палец и вроде как и не больно совсем, а потом – брык! – столбняк. Уносите, Аида Плаховна! – многозначительно сказала Мамзелькина.

Страж улыбнулся той натянутой односторонней улыбкой, с какой пациент после заморозки благодарит стоматолога. Меф сообразил, что коса Аиды Плаховны страшна не только смертным.

– Недавно случай был. Застряла в принтере бумага. Секретарша стала пальцем ковырять, а пальчик возьми да застрянь. Смешно, да? А она сдуру возьми да и дерни… И что же ты думаешь? Через три дня уже на кладбище! – сладко продолжала Аида Плаховна.

– Подумать только. Одна беззащитная старушка! – прохрипел Хаким, который был не так глуп, чтобы не разобраться в демагогических маневрах Плаховны.

– Ничего себе беззащитная! Да две такие беззащитные старушки – и атомное оружие отдыхает, – отвечал ему Арей.

– Имейте в виду: я напишу рапорт! Вас уволят, Аида Плаховна! – беспомощно пригрозил Хаким.

– Да я и сама уйду. Ты только сперва на мою скотскую должность найди кого, – сказала Аида прехладнокровно.

Неизвестно, какое решение принял бы Хаким и не предпочел бы он отправиться в Тартар за подкреплением, не реши все случай. Эссиорх со свойственным ему восхитительным разгильдяйством повернулся к одному из стражей мрака спиной, а тот, следуя благородным движениям воспитанной в Канцелярии Лигула души, попытался вогнать ему в спину клинок. Дафна почуяла опасность раньше Эссиорха и, так как флейта неотрывно была у ее губ, атаковала стража маголодией. Эссиорх же, развернувшись, добавил газовым ключом. Остальные стражи не стали разбираться, кто первым плюнул кому в компот, и секунду спустя перед резиденцией мрака уже кипел бой.

Одна Мамзелькина сохраняла нейтралитет. Она уселась на пороге резиденции и, подперев черепушку руками, наблюдала. По ее тонким губам бродила ухмылочка. Сухая рука поглаживала чехол. Должно быть, Аида Плаховна искренне не понимала, зачем наносить столько бестолковых ударов, когда достаточно одного чика?

Меф, охраняя Даф, нанес удачный встречный укол, и один из стражей едва не уплыл в астрал. Спасли его лишь доспехи, настолько хорошие, что их не пробил даже меч Древнира, весьма раздосадованный этим обстоятельством. Тогда доспехами занялась Даф и стала вскрывать их маголодиями, как консервную банку. «Ах так! Ты еще ножичек хочешь кинуть?» – возмутилась Даф.