Тень моей хозяйки

— Под водой она не дышала…

Выходит, сбившее хозяйку заклинание парализовало её? Я осторожно прильнула ухом к груди Адрианы и различила еле слышное биение сердца. Пульс то стихал совсем, то возвращался.

— Сердце бьётся, Мартейн. Она жива.

— Моя любовь. — Он прижал к себе жену и тихо баюкал, стараясь отогреть.

Губы советника были синими от холода, кожа стала мертвенно-белой, а на рану вообще невозможно было смотреть без содрогания. Я выхватила из-под лавки одеяло и укутала их двоих, как сумела.

— Господин, надо плыть домой!

— Моя Ари, — только и ответил он, закрыв глаза.

— Надо плыть, тогда мы успеем помочь ей! — крикнула я.

Впервые в жизни я повысила голос на хозяина. Тейн поднял отяжелевшие веки и посмотрел на меня.

— Не вздумай потерять сознание, слышишь? Говори, что делать, Тейн!

Он нахмурился. Ничего, пусть отругает меня потом, когда всё страшное будет позади. Пусть накажет обнаглевшую рабыню так, как ему вздумается. Но сейчас ему придётся послушаться меня, хочет он того или нет.

О чём я только думала! Советник пытался сконцентрироваться и сдвинуть с места кораблик. Направлять ветер в парус было бы гораздо легче, чем создавать нужное течение воды, но выбора у нас не было: от паруса остались лишь обгорелые клочки.

Несмотря на холод, у Мартейна на лбу выступили крупные капли пота, на виске отчаянно пульсировала синеватая жилка, но магические силы были на исходе и стихия не желала повиноваться."

"Я заново перебрала оставшиеся пузырьки и поднесла к губам Тейна настойку белого лунника. Это эльфийское зелье готовили жрицы богини Нииры. Не совсем то, что нужно, но сколько-то сил оно вернёт.

— Больше ничего нет, только противоядия, — сказала я.

Советник с трудом оторвал взгляд от жены и посмотрел на меня.

— Значит, ты.

Сердце замерло в груди, когда я оглянулась на Хисса. Что — я? Он заберёт мою жизнь, чтобы спасти Адриану? Жизнь рабыни немного стоит, я всегда помнила об этом, но всё равно это прозвучало неожиданно больно.

— Дай мне руки, Эли!

Я сделала шаг, и советник крепко взял меня за запястье. Его пальцы всё ещё были мертвенно холодными.

— Это быстро, господин Мартейн? — схватив ртом воздух, спросила я. — Я быстро умру?

И тут он всё понял и покачал головой.

— Ты не умрёшь, Эли.

Я возьму силу твоего дара, — объяснил он. — Она гораздо больше, чем ты думаешь. В тебе ещё полно магии, до которой ты не можешь дотянуться потому, что только начала обучение. Это не больно, но…

— Но? — Я робко присела рядом, чтобы советнику, который держал Адриану на коленях, было удобнее.

— Я буду занят течением и парусником. Когда почувствуешь себя плохо — сразу скажи или оборви связь.

— Хорошо, господин, — пообещала я и приготовилась.

В ответ на прикосновение Мартейна кровь ожила во мне. Дар заструился по жилам.