Тень моей хозяйки

И всё-таки я понимала, что рано или поздно это произойдёт. Как ни старалась я вести себя скромно и делать вид, будто ничего не замечаю, мужчины обращали на меня внимание. Но я и помыслить не могла, что всё будет вот так — в полумраке каюты чужого корабля, по пути в неизвестность.

Пока Джус неторопливо расстёгивал широкий кожаный ремень, я смотрела на притороченные на нём справа и слева изогнутые кинжалы и думала о том, что оставлять меня в живых — потом — капитану нет никакого смысла. Ошейник можно снять и с трупа, для этого не понадобится колдун.

— Меня можно… можно выгодно продать. За девственницу дают больше золота, — прошептала я, не в силах отнять рук от обнажённой груди.

Капитан Джус расхохотался, словно это была удачная шутка.

— Мы в море, крошка! Вряд ли моих парней интересует твоя невинность, а уж акул — тем более. И уж точно ни у кого из них нет золота. Раздевайся!

Я опустила глаза и трясущимися руками расстегнула уцелевшие пуговицы. Не буду смотреть на него, на это чужое смуглое лицо, блестящее от пота и воняющее ромом. Но думать ни о чём другом не получалось."

"Платье безжизненной кучкой свалилось к моим ногам, и я чувствовала себя примерно так же. Лишённой сил и содержания никчёмной вещью, которая даже не знает толком, как угодить хозяину. Никто не учил меня искусству соблазнения.

— Ты хороша, маленькая врунишка! — Джус отбросил носком ботинка мою одежду и, ухватив меня за запястья, заставил раскрыться перед ним. — Говоришь, ты никогда не бывала с мужиком? От кого же ты бежала? От чокнутой старухи? От немощного старика? Смотри на меня!

Я подняла голову и заглянула в его глаза, в которых плескалась опасная смесь веселья и злости. У меня не было сомнений, что Джус способен пустить в ход кинжалы, если что-то пойдёт не по его желанию. И всё же мне не хватило решимости назвать имя моей хозяйки или советника Фоули. Я закусила губы и промолчала.

Капитан не стал дожидаться ответа, он подцепил пальцами мой ошейник и вздёрнул меня на ноги, пожирая глазами оголённую грудь. На мне оставались только короткие штанишки из лёгкой ткани, и я была уверена, что их сейчас постигнет та же участь, что и платье.

— Я же сказал тебе снять всё, — напомнил мне Джус, проведя рукой по моему животу и спустившись ниже.

Горячие пальцы сгребли в кулак больше не нужное бельё и рванули. Штанишки больно врезались мне между ног, но уцелели: ткань оказалась крепкой. Я едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть, а после кое-как сбросила с себя бельё под пристальным взглядом капитана. Он никуда не торопился, ему явно нравились мои смущение и страх. Да и куда можно торопиться в открытом море?

Направляемый парусами ветер гнал судно на юго-восток, к неизвестным островам, а я понятия не имела даже о том, доживу ли до утра.