Тень моей хозяйки

Джус снова зарычал мне на ухо и замер, стараясь отдышаться. К этому моменту я наконец обмякла, как тряпочка, и лишь тихо вздрагивала от рыданий.

— Проклятье! — выругался капитан, отлепившись от меня. Он сплюнул на пол и, подобрав моё платье, стал вытирать с себя пот и мою кровь."

"Я закрыла лицо руками и повернулась на бок, к стенке: больше меня никто не держал. А ведь собиралась прыгать за борт! Всего-то нужно было сейчас вскочить и прошмыгнуть вперёд перед Джусом, пока он возится со штанами. Но из меня словно разом вынули все кости. Всё внутри меня дрожало и сжималось, будто недавняя пытка ещё не закончилась. Внизу живота продолжала пульсировать острая боль.

Спустя несколько мгновений капитан вышел прочь, яростно хлопнув дверью и с лязгом защёлкнув замок. Путь к бегству от себя и всего, что со мной произошло, снова был отрезан. Я осталась одна в сгущающейся темноте.

17

Первое время я была так сосредоточена на собственных ощущениях, что буквально оглохла и ослепла. Мне долго ещё мерещилось, как моё тело терзают грубые руки, а я продолжаю бессмысленную борьбу с тем, кто уже победил меня. Хотя… можно ли так сказать о рабыне и её хозяине? Конечно же, нет. Отныне я принадлежала капитану корабля контрабандистов и он, разумеется, имел полное право делать со мной всё, что вздумается. А я не должна была противиться.

В крохотной каюте стало совсем темно, когда я шевельнулась и ощутила пронизывающий до костей холод. Сколько я пролежала неподвижно? Четверть часа или уже половину ночи? Нащупав в углу лежанки свёрнутое валиком одеяло, я закуталась в него и долго пыталась согреться. Маленькие искры тепла зарождались где-то внутри меня, но стоило мне перестать кусать губы и стучать зубами, как они снова гасли — никак не удавалось их удержать.

Ах, если бы только у меня и вправду был настоящий дар стихий! Я бы могла развести костёр или даже поджечь весь корабль! Могла бы разбудить шторм и потопить не только жестокого капитана, но и всю его команду вместе с запрещёнными грузами и украденной рабыней.

Как малодушна я была! Как тяжело мне было признать, что только я одна и виновата во всём случившемся! Ещё вчера у меня было всё, о чём любой другой раб не посмеет и мечтать: любящие хозяева, отдельная комната с видом на цветущий сад, новые друзья и даже возможность разузнать историю моих предков. Но нет, мне было мало всего этого. Я захотела испробовать на вкус свободу. Что ж, теперь я смогу наслаждаться своим выбором в полной мере — каждый раз, когда капитану Джусу вздумается удовлетворить похоть.

Дверь внезапно скрипнула, и по глазам мне ударил свет зажжённой свечи.

— Эй ты! Капитан велел накормить тебя! — произнёс тонкий юношеский голос, а следом раздался звук, с которым на деревянный пол опустили поднос с глиняной посудой.