Тень у порога

На стене, над спальным местом, множество фотографий, штук двадцать, не меньше. Большинство из них черно-белые. Борясь с искушением броситься их рассматривать, я вооружилась тряпкой и принялась протирать подоконники.

– Шла бы ты уже, поди, жених твой воротился, – обратилась ко мне хозяйка.

– Как видишь, и без тебя справляемся, – подхватила Ксюша.

– Не дерзи! Ишь ты!

– И правда, справляетесь отлично, – закивала я.

Между прочим, нисколько не преувеличивая. Для школьницы Ксюша прекрасно убиралась, не халтурила, делала все на совесть. То ли действительно нуждалась в деньгах, то ли так была приучена.

– Ксеня с мамкой-то вдвоем растет, – будто прочитав мои мысли, начала старуха. – Сызмальства по дому помогает. Все умеет. Даже щи варить. Хворала я по осени сильно, подхватила в поликлинике заразу какую-то. Так она ко мне каждый день ходила, кашеварила, все делала. Золото, а не девка. Еще бы курить бросила, и все, можно в Москву.

– Не хочу я в Москву, – огрызнулась девчонка.

– И правильно, оставайся. Все матери спокойнее, когда дите рядом.

– А от матери съеду.

– И куда ты съедешь?

– Да хоть в общагу.

– Это ты зря. Ольга о судьбе твоей переживает, оттого и опекает тебя сверх меры.

– Что ж она раньше-то не переживала, когда я с первого класса из школы одна приходила, жрать готовила, квартиру убирала?

– Чай, перетрудилась?

– Нет, но выводы сделала.

– Вон как заговорила. Это все гормоны, перебесишься, начнешь мать ценить. А то, что она тебе не разрешает курить да водить домой кого ни попадя, так это правильно. Если б Оля на это глаза закрывала, я бы первая грудью встала, но не дала б тебе пропасть.

– Сдалась я вам, – вздохнула девчонка и добавила обреченно: – Всем.

– Кому это «всем»? – не удержалась я.

– Матери, учителям, соседям…

– Каким соседям?

– Ну вон Антонина Петровна сильно переживает, того и гляди, за каплями в аптеку побегу.

– И опять дерзит, нет, ты посмотри на нее, – обратилась старушка вроде бы ко мне, но на самом деле скорее в пустоту.

– А на что ты деньги тратишь, которые за уборку получаешь? – решилась я, раз уж у нас получился с девчонкой какой-никакой разговор.

– На сигареты не трачу, не переживай.

– Это я не велю. Мои деньги пусть на другое идут.

– А откуда ты на курево берешь? – не унималась я.

– Я б тебе ответила, да тогда точно за каплями бежать придется, возможно, кстати, не только соседке, но и тебе.

– Не слушай, – вмешалась старушка. – С обедов небось откладывает, не ест ничего. Видишь, одни кости торчат? Хотя кому я рассказываю, ты вон сама… доходяга!

Прозвучало это так, будто только что нас причислили к людям второго сорта. Я невольно посмотрела сначала на Ксюшу, потом опустила взгляд на свои руки. Нет, пожалуй, девчонка и правда слишком худа.