Трое из Леса. Вторая трилогия
Вторая трилогия культового цикла от одного из родоначальников славянского фэнтези. Детально проработанный мир, полный чудес. Харизматичные герои, чей путь из глухих доисторических лесов устремлен в космические дали. Непростая авторская философия, применимая и в обыденной жизни. Самобытный славянский юмор.Продолжение цикла – второй, третий и четвертый романы.В небольшой деревне в дремучем Лесу существует правило: «Кто не работает – тот не ест». А чтобы, на всякий случай, никого не заразить бездельем, лучше отправить лентяев подальше из деревни. Так и отправились в безвозвратное путешествие незадачливый волхв Олег и никудышный охотник Таргитай. И скучно им было вдвоем. Нашли они третьего бездельника с невеселым именем Мрак…
Она цеплялась за его шею, лягалась, верещала:
– Дураки!.. Не узнаете?.. Мрак, они тебя не хотят признавать!
Светлана объяснила Мраку:
– Глупенькая… У нас был волк, черный и лохматый, его звали Мраком. Не понимаю, что на нее нашло.
Кузя цеплялась за черного и лохматого, но ее утащили. Она оглядывалась, в глазах заблестели и сразу же хлынули чистыми ручейками слезы. Жаба на плече Мрака тяжело вздохнула. То ли сочувствовала, то ли с облегчением, не желая делить Мрака еще с кем-то.
Мрак ощутил, как защемило в груди. Чистое детское сердечко признало его сразу. Кузя даже не понимает, как это другие не видят в нем их прежнего друга-волка!
В зале нарастал тревожный говор.
"А Хозяйка, уже потеряв интерес к делам смертных, неспешно вернулась к гранитной стене. В каменных плитах пола за ней багровели вдавленные следы. Теперь не только Мрак чувствовал, что через палату прошла медная гора. Запах горелого камня стал сильнее.
На миг обернувшись, она сказала уже равнодушно:
– Мрак, я вернула долг. Больше на меня не рассчитывай.
Она вошла в каменную стену, словно в утренний туман. Потрясенные люди видели, как исчезает ее силуэт, удаляясь и колеблясь, затем камень снова стал зримо твердым и непроницаемым.
В палате заметно потемнело. Светильники едва горели, факелы чадили. Лица гостей были серыми от тревоги. Волк выпрямился во весь огромный рост. Его трясло от бешенства, на губах показалась пена. Он не замечал даже Мрака, мало ли бивал таких оборванцев, не замечал дрожащей Светланы – красивая женщина не заменит чувства власти, он видел только скорчившегося на троне Додона и дрожащее стадо его бояр и советников.
Голос от ярости срывался на хрип:
– Да, беглому рабу и вору повезло больше. Но я сказал так, потому что хотел спасти вас всех от позора!.. Ну что ж, тцар Додон. Ты сам восхотел этого!.. Есть сила, супротив которой ни ты, ни сто тысяч Хозяек Медных Гор ничего не сделают! Вот эта сила!
Его указательный палец уперся в ряды воинов. Бородатые, хмурые, они стояли ровно, как бревна в частоколе, и раздвинуть или столкнуть их с места было так же непросто, как врытые в землю осмоленные бревна.
– Я с ними не ссорился, – сказал тцар нерешительно.
– Да? – прорычал Волк. – А кто не платит за службу еще с зимы? Ты посмотри, как обнищали! Взгляни на их оружие, которое надо заменить, подправить, а оружейники за все денег требуют! Я объявляю во всеуслышание: у тебя нет денег, дабы заплатить!
Мрак быстро посмотрел на тцаря. Тот съежился на троне бледный, лоб покрылся капельками пота.















