Трое из Леса. Вторая трилогия

Некогда могучие плечи обвисли, похудел, глаза ввалились, но в них неведомый огонь… хотя на миг показалось, что огонь этот знаком. Черты лица заострились. Голые по плечи руки истончились, висят как плети. От лохмотьев, в которые превратилась одежда, смердит гадостно. Жаба на загривке странника открыла один глаз, посмотрела на Руда, как на несъедобного жука, устроилась удобнее и снова засопела.

– Ты хоть знаешь, что тебя ждет? – спросил Руд почти ласково.

Мрак поднял взор, и Руд содрогнулся. В глазах измученного человека был целый мир. Мрак с трудом разжал спекшиеся губы:

– Ждет?

– Да.

Ты видишь, куда забрел?

– Да, – ответил Мрак ясным голосом. – Да, Рогдай. Ты скажи ей, что я получил все. И пусть она не страдает, что не уделила мне больше…

– Эй! – крикнул советник. – Ты о чем говоришь?

Руд поднял ладонь предостерегающе. Советник поперхнулся, умолк.

– Ты узнаешь меня? – спросил Руд.

Он наклонился на троне, чтобы Мрак рассмотрел его лучше. Мрак смотрел на него… и сквозь него. На лице сменились выражения радости, недоумения, затем вскинул брови:

– Ну и что? Награда в самом поступке.

Я хочу лишь видеть тебя… но если и это недоступно, то слышать о тебе, знать о тебе… Нельзя? Тогда буду думать о тебе издали, мечтать, просить богов, дабы даровали тебе все… И в самых дальних странах могу в мечтах служить тебе, лежать у твоих ног…

Советник хихикнул, покрутил пальцем у виска. Руд ожег его недобрым взором. Советник умолк, но смотрел недоумевающе. Из боковых дверей выглядывали любопытные, а затем, выдавливаемые сзади другими, выступали в палату. Внезапно из-за их спин выметнулся огромный лохматый пес, с ворчанием бросился вперед.

Послышались крики ужаса. Пес был страшен, лют, в пасти блестели страшные клыки, с губ летели клочья слюны.

Пес мчался прямо на Мрака. Один страж пытался перехватить зверя, но не решился, отступил. Пес резко уперся лапами в пол в двух шагах перед Мраком. Сел, смотрел непонимающе в лицо странника. Потом жалобно заскулил, опустил голову и лег у его ног. Хвост виновато ходил из стороны в сторону, словно просил прощения."

"Руд грозно вперил взор в своего любимца. Тот поднял голову, красные от злости глаза уже были виноватыми, страдальческими.

Он снова скульнул, подполз к ногам Мрака, прижался мохнатым боком.

– Что с псом? – донесся чей-то удивленный возглас. – Он же на куски всякого…

– Ты гляди, зверюка, а и то…

– Что-то чует!

– Собаки, они все понимают. Только не говорят.

– Да, понимают больше нас…

– Кто променял свою любовь на хлебное место, а кто-то…

Все больше людей теснилось под стенами. Жены Руда, дети, свояченицы, снохи, зятья, многочисленная челядь, что тоже в родстве с родней грозного князя.